Есть такая фраза: вступая в брак, ты получаешь не только мужа, но и всю его родню. Если бы мне заранее объяснили, что вместе с этой родней мне достанется еще должность бесплатной прислуги, повара и няни без выходных, я бы, честно говоря, у дверей загса серьезно притормозила.
Меня зовут Алина. Моему маленькому сыну скоро исполнится два года. И каждая женщина, которая сидела в декрете, прекрасно знает: это совсем не отдых и не отпуск. Но сестра моего мужа, Оксана, решила иначе. Раз я дома, значит, по ее логике, у меня появилось море свободного времени, а значит, меня можно использовать как универсальную помощницу на все случаи жизни.
Началось все вроде бы безобидно. Оксана — старшая сестра Дмитрия. Женщина яркая, уверенная в себе, дважды разведенная и вечно страшно занятая. У нее двое детей: восьмилетний Кирилл и пятилетняя Полина.
Однажды субботним утром она почти влетела ко мне в квартиру, даже не дождавшись, пока я нормально открою дверь.
— Алиночка, спаси меня! — выпалила она с порога. — У меня сегодня свидание, понимаешь, судьбоносное! Если не пойду, то окончательно зачахну между работой и кастрюлями. Кирилл с Полиной уже в лифте, я оставлю их у тебя буквально на пару часов, хорошо?
Я даже не успела возразить. В прихожую тут же ворвались дети. Кирилл, не сняв обувь, помчался прямо в комнату, где спал мой сын, а Полина тут же принялась исследовать ящики комода.
— Оксана, подожди, у нас вообще-то были планы, мы собирались… — попыталась сказать я.
Но она лишь отмахнулась:
— Да какие у вас могут быть планы в декрете? Погуляете не втроем, а впятером, ничего страшного. Тебе же не трудно? Ты все равно дома, все равно готовишь. Ну сваришь не одну порцию, а побольше. Целую, я побежала!
Дверь за ней захлопнулась, а ее «пара часов» закончилась ближе к полуночи. Когда Дмитрий вернулся с работы, он только беспомощно пожал плечами:
— Ну это же моя сестра. Ей тоже личную жизнь нужно устраивать. Ты ведь понимаешь.
Со временем просьбы «посидеть с детьми» плавно превратились в «приготовь на всех». У Оксаны был особый дар: она умела просить так, будто не она тебя напрягает, а ты должна быть благодарна за возможность помочь.
— Алин, я тут в среду девчонок к себе зову, — защебетала она однажды по телефону. — Ты же потрясающе делаешь эти свои тарталетки и заливное. Сделай и для меня, а? Дмитрий заедет после работы, заберет. Я бы сама, но у меня маникюр, вообще не успеваю. Мы же семья, надо друг друга выручать!
Правда, в ее понимании эта самая взаимовыручка почему-то работала исключительно в одну сторону. Когда мне самой понадобилось сходить к стоматологу и я попросила ее всего на полтора часа присмотреть за моим ребенком, Оксана так удивилась, будто я потребовала от нее продать квартиру.
— Ты серьезно? — округлила она глаза. — У меня тренировка, потом ресницы. А Дмитрий что, не может отпроситься с работы?
И вот я уже пекла пироги для школьных мероприятий ее сына, готовила закуски для ее застолий, присматривала за ее детьми и сама не заметила, как моя собственная жизнь стала обслуживанием чужих нужд. Дмитрий каждый раз говорил одно и то же:
— Алин, не начинай ссору. У нее характер непростой, но она же родная.
Точка кипения наступила на прошлой неделе. Оксана праздновала день рождения у себя дома: гости, музыка, стол до отказа. Нас с Дмитрием она тоже звала, но я осталась дома — у сына поднялась небольшая температура. Дмитрий съездил ненадолго, поздравил сестру и вернулся.
В воскресенье, около двух часов дня, раздался звонок в дверь. На пороге стояла Оксана. Вид у нее был уставший и помятый, но командовать она не разучилась.
— Алин, у меня дома кошмар, — сообщила она, проходя в прихожую. — После гостей полный разгром. Все разошлись почти утром, я еле живая, голова раскалывается. Соберись, сходи ко мне, наведи порядок, ладно? А я у вас на диване немного полежу, посплю.
Я застыла на кухне с половником в руке.
— В каком смысле — наведу порядок? Оксана, это твоя квартира. И твой праздник.
Она посмотрела на меня так, будто я сказала невероятную глупость.
— И что теперь? Ты же в декрете. Тебе сложно полы помыть? Все равно дома сидишь, деградируешь потихоньку. А так хоть разомнешься. Тем более мы семья! Можешь, кстати, забрать себе что-нибудь из оставшегося алкоголя, мне не жалко.
Я перевела взгляд на Дмитрия, который как раз вышел из комнаты. Он отвел глаза и пробормотал:
— Алин, ну правда, сходи, помоги ей. Видишь же, человеку плохо. Ты сегодня все равно никуда не собиралась…
И в этот момент внутри меня будто щелкнул выключатель. Я вдруг ясно поняла: для них я не жена, не мать маленького ребенка и не живой человек со своими силами и усталостью. Я просто удобная функция — уборка, готовка, няня, доставка, все в одном.
— То есть мне, по-твоему, не сложно? — очень спокойно спросила я и сняла фартук.
Оксана сразу оживилась:
— Вот и умница! Ключи на тумбочке.
Она уже направилась в сторону нашей спальни, явно собираясь устроиться спать. Только ключи я брать не стала. Вместо этого я взяла телефон и набрала номер, который давно сохранила про запас.
— Оксана, ложись, отдыхай, — произнесла я, глядя ей прямо в лицо. — Но в твою квартиру я не пойду. Я вызвала тебе профессиональную клининговую службу. Обойдется это в пять тысяч грн, оплата после уборки. И еще: за вчерашние тарталетки я тоже жду перевод. Мы ведь семья, а в семье все должно быть честно, правда?
Лицо моей золовки начало наливаться багровым цветом, а Дмитрий стоял с раскрытым ртом, не находя слов от изумления.