– Да понял я, мам, не накручивай себя из-за этой путевки. Санаторий я тебе оплачу, как и обещал. Деньги у меня есть.
Светлана застыла прямо в прихожей, так и не сняв второй сапог. Ключ провернулся в замке почти бесшумно, поэтому Андрей даже не понял, что жена вернулась домой раньше обычного почти на час. Совещание неожиданно отменили, сотрудников отпустили, и Светлана по дороге забежала в кулинарию за углом, купив свежий вишневый пирог, чтобы порадовать мужа к чаю.
Голос Андрея доносился с кухни. Разговаривал он негромко, но в пустой квартире слова звучали удивительно ясно, будто отскакивали от кафеля и стен.
– Да какая разница, что Светлана подумает? – в голосе мужа проскользнуло раздражение, а следом тихо звякнула ложечка о чашку. – Она вообще не в курсе, что у меня есть эти накопления. Я каждый месяц перевожу ей шесть тысяч гривен на хозяйство, а все премии, бонусы и подработки складываю на тот счет, который мы открыли на твое имя. Я же не идиот, чтобы показывать свои деньги. В семье должен быть порядок. Ее зарплата уходит на еду, коммунальные платежи и всякую бытовую мелочь — это, так сказать, общий бюджет. А мои сбережения — это уже мое личное. Твои деньги общие, а мои остаются моими. Так спокойнее и надежнее.
Светлана медленно поставила ногу обратно на коврик, стараясь не заставить скрипнуть ни одну половицу. В ушах загудело, как от резкого перепада давления. Коробка с пирогом в руках внезапно стала тяжелой, словно внутри лежала не выпечка, а кирпич.
Она не ворвалась на кухню. Не стала швырять коробку на стол, кричать, требовать объяснений и устраивать сцену с разбитой посудой. За пять лет брака Светлана хорошо усвоила: когда речь идет о деньгах, вспышка эмоций только мешает думать. Поэтому она так же тихо приоткрыла входную дверь, вышла на лестничную площадку и аккуратно закрыла замок снаружи. Потом вызвала лифт, спустилась вниз и оказалась на морозной улице. Ей требовалось время, чтобы собраться с мыслями.
Она шла по заснеженной аллее, почти не чувствуя ледяного ветра, который бил в лицо и забирался под воротник. В голове снова и снова крутилась фраза Андрея — простая, циничная и оттого особенно отвратительная. Значит, общий бюджет выглядел именно так.
Светлана занимала должность старшего диспетчера в большой транспортной компании. Работа была напряженная, нервная, с постоянной ответственностью, зато оплачивалась достойно. Намного лучше, чем, как ей казалось, зарабатывал Андрей в своем офисе, где занимался продажей строительных материалов. По крайней мере, до этого дня она была уверена именно в этом.
Квартира, в которой они жили, принадлежала Светлане. Родители подарили ей жилье еще до свадьбы, оформив все документы как положено. Ремонт они с Андреем вроде бы делали вместе, но большую часть стройматериалов и оплату бригады взяла на себя она: у мужа тогда как раз были проблемы с работой. Потом быт незаметно вошел в привычную колею. В день зарплаты Андрей отправлял ей на карту шесть тысяч гривен и неизменно говорил: «Это на хозяйство, милая». А Светлана без лишних раздумий добавляла свои шестнадцать, а иногда и двадцать тысяч гривен, чтобы купить нормальное мясо, свежие овощи, оплатить электричество, воду, отопление, интернет, взять стиральный порошок, корм для кота и еще десяток мелочей, без которых дом быстро превращается в склад нерешенных проблем.
Если нужно было приобрести новую бытовую технику или съездить куда-нибудь отдохнуть, Андрей начинал тяжело вздыхать. Он рассказывал о слабых процентах с продаж, о нестабильности, о сложной экономической ситуации в стране. И Светлана снова доставала свою карту. Ей казалось, что иначе и быть не может. Они ведь муж и жена. Сегодня она подставит плечо ему, завтра он поможет ей.
Но теперь выяснилось, что все эти годы супруг спокойно прятал свои доходы на счете свекрови, заранее готовя себе безопасную гавань на случай раздела имущества.
Холодный воздух постепенно выморозил из Светланы первую обиду, оставив вместо нее ясный, твердый расчет. Она развернулась и пошла обратно к дому. В сумочке лежал телефон с установленным банковским приложением. Не останавливаясь, прямо на ходу, Светлана открыла настройки, создала новый накопительный счет без возможности быстрого снятия и перевела туда все свободные деньги. На обычной карте она оставила ровно шесть тысяч гривен.
Ключ снова вошел в замок, но на этот раз Светлана уже не старалась быть незаметной. Она специально громко захлопнула дверь.
– Андрей, я дома! – позвала она, стряхивая снег с воротника.
Муж вышел в прихожую совершенно спокойный, расслабленный, будто минуту назад не обсуждал с матерью, как ловчее спрятать деньги от собственной жены.
– Рано ты сегодня, – заметил он. – Я как раз чай заварил. Что-нибудь случилось?
– Совещание отменили, – Светлана мягко улыбнулась и стала снимать пальто. – Представляешь, у меня есть новость.