Валерия на несколько секунд будто онемела, а потом сорвалась на возмущённую речь: мол, как мне не стыдно устраивать демонстрацию характера прямо перед юбилеем пожилого человека.
— Вот именно потому, что человек пожилой и праздник важный, его и должны готовить родные дети, а не одна невестка, которую все привыкли считать бесплатной прислугой, — спокойно отрезала я.
Дома, разумеется, тут же разгорелся новый семейный пожар. Сергей метался по кухне и повышал голос, заявляя, что я выставляю его в ужасном свете перед сестрой. Я выслушала это без особого волнения и ответила, что слишком долго сама находилась в положении, невероятно удобном для всей родни: согнувшись между плитой, раковиной и бесконечными кастрюлями.
Валерия после этого с гордым видом объявила, что берёт весь праздник в свои руки. И вот тогда началась моя маленькая, тихая и, на мой взгляд, совершенно заслуженная расплата. Я не подставляла её, не вредила и не мешала. Я всего лишь перестала в последний момент вытаскивать всех из провала.
Накануне торжества золовка несколько раз звонила мне с паническими вопросами: сколько килограммов мяса брать, какого размера нужны салатники, что лучше приготовить первым и почему всё это занимает столько времени. Под конец она уже почти умоляла меня приехать хотя бы овощи нарезать. Я очень доброжелательно пожелала ей сил, терпения и удачи.
За пару дней до юбилея мне вспомнился совет моей подруги Натальи. Она любила повторять, что родственникам невозможно объяснить объём чужого труда словами. Нужна не просто перечень блюд, а настоящая «карта трудозатрат». То есть нужно расписать вообще всё: покупку продуктов, доставку пакетов домой, разморозку, чистку, нарезку, запекание, сборку салатов, сервировку, подачу, уборку, мытьё кастрюль и сковородок. А напротив каждого пункта честно указать того, кто это делает.
Я так и поступила. Составила аккуратный список и отправила его в общий семейный чат. Напротив почти двух десятков строк стояло одно и то же имя — Валерия. После этого в чате повисла такая мёртвая пауза, что даже самые активные любители командовать внезапно потеряли желание раздавать мудрые советы.
Праздник решили отмечать в квартире Валерии. Мы с Сергеем пришли ровно к назначенному часу. Дверь нам открыла золовка: фартук сбился набок, волосы растрепались, лицо горело, а взгляд был такой, будто она уже несколько часов сражалась с невидимым врагом.
На кухне действительно происходило бедствие. Картошка упрямо оставалась сыроватой, салат дал сок и расползался, лимон к рыбе никто не купил, а холодец, вопреки всем надеждам, даже не думал застывать.
— Полина, ну наконец-то! — почти взвизгнула Валерия прямо с порога. — Быстро иди посмотри, что там с этой уткой!
— Сначала я спокойно поздравлю Елену Сергеевну, — ровным голосом сказала я и прошла в комнату.
Свекровь сидела нарядная, довольная и сияющая, совершенно не подозревая, какая драма кипит за стеной. Я вручила ей мягкий красивый палантин и конверт. Но не прошло и пяти минут, как в комнату влетела Валерия, уже окончательно потерявшая самообладание.
— Полина, ты издеваешься?! Там же всё сейчас сгорит!
Я медленно обернулась, посмотрела на неё спокойно и достаточно громко повторила её же любимую фразу:
— Чего расселась? Иди обслуживай гостей, ты для этого здесь.
В комнате в тот же миг воцарилась оглушительная тишина.