Дарина застыла. Чашка в её пальцах едва заметно затрепетала.
— Тарас, ты вообще понимаешь, что говоришь? — тихо произнесла она, всё ещё не веря услышанному.
— Более чем! — сорвался он. — Если тебе нечего скрывать, то и бумажки бояться незачем. А откажешься — завтра же подам на развод и выставлю вас всех за дверь. Будешь сама своих гениев поднимать!
Дарина смотрела на мужчину, с которым прожила два десятилетия, деля и счастье, и трудности. Из коридора донёсся лёгкий скрип — близнецы не спали. Их отец только что при них втоптал в грязь её достоинство.
Она неторопливо опустила чашку на стол.
— Ты вообще слышишь себя? — голос её звучал спокойно, но в нём чувствовалась сталь. — Ты собираешься тащить собственных сыновей в лабораторию? Тарас, запомни: если мы пойдём на этот тест, нашего брака больше не будет. Такого унижения я не прощу.
Тарас криво усмехнулся и откинулся на спинку стула.
— Не дави на меня, Дарина! Испугалась? Если они мои — продолжим жить, как раньше. Подумаешь, плюнуть в пробирку! Я просто хочу знать правду и спать спокойно.
— Хорошо, — холодно ответила Дарина. — Завтра к девяти мы будем готовы.
Утро оказалось пропитанным неловкостью и стыдом. Сама процедура забора материала стала для парней настоящим испытанием. Богдан и Александр сидели в креслах процедурного кабинета и смотрели сквозь отца так, будто его вовсе не существовало.
В машине по дороге домой стояла гнетущая тишина. Сыновья устроились на заднем сиденье, отвернувшись к окнам.
— Ну что вы как воды в рот набрали, орлы? — попытался бодро пошутить Тарас, глядя на них через зеркало. — Обычная формальность! Зато теперь отец будет спокоен. Может, заедем за бургерами?
В ответ — ни слова. Они демонстративно игнорировали его.
Через неделю пришёл результат. Тарас сам съездил в клинику за конвертом. Домой он вернулся с видом победителя. Дарина молча стояла посреди гостиной, сложив руки на груди. Он нетерпеливо вскрыл плотную бумагу, пробежал глазами текст и вдруг шумно выдохнул, словно сбросил с плеч тяжесть.
— Вероятность отцовства — 99,9%! — зачитал он и облегчённо рассмеялся, швырнув конверт на диван. Затем шагнул к жене, широко раскинув руки. — Ну вот, Дарина, видишь! Всё отлично! Парни мои! Говорил же — просто нервы сдали, кризис. Прости меня, дурака. Теперь я спокоен, будем жить как раньше!
Он искренне считал, что всё позади. Бумага подтвердила отцовство — значит, можно забыть скандал, похлопать жену по плечу и спокойно садиться ужинать.
Дарина сделала шаг назад, не позволяя ему коснуться себя. Она спокойно подняла с дивана заключение, аккуратно сложила его пополам, убрала в папку к своим документам и посмотрела на мужа. В её взгляде не было ни слёз, ни боли — лишь пустота.
— Ты теперь доволен? — тихо спросила она, уже зная, каким будет его самоуверенный ответ.