— Ты только не вмешивайся и на кухню даже не заходи, — тоном, не допускающим возражений, произнесла Юлия, любуясь свежим маникюром и лениво бросая связку ключей на журнальный столик. — Мы с Кириллом сами всё устроим на высшем уровне. У меня есть доступ к закрытой базе для ресторанов, там такие продукты, что в обычных магазинах их днем с огнем не найдешь. Поверь, этот юбилей гости будут вспоминать еще долго.
Татьяна бережно сложила только что выглаженную скатерть, провела пальцами по плотной льняной ткани и, чуть приподняв взгляд поверх очков, посмотрела на невестку. За три года брака сына с Юлией она уже успела хорошо изучить эту манеру: громкие обещания, снисходительные интонации «городской знатоки» и железная уверенность в том, что люди постарше будто бы никогда в жизни не видели ничего интереснее домашней картошки.
— Я всего лишь хотела понять, что будет на столе, — ровно сказала Татьяна, убирая скатерть в шкаф. — Родственники у нас без претензий, привыкли к нормальной домашней еде. А ты рассказываешь про какие-то иностранные паштеты и сыры с плесенью. Половина гостей к такому даже не притронется.
— Именно поэтому современные праздники должны организовывать молодые, — с легким усталым превосходством ответила Юлия, опустившись на диван и закинув ногу на ногу. — Чтобы не было этой бесконечной застольной унылости с тазиками салатов и вареной курицей, после которой всем только плохо. Просто доверься мне. Я всё просчитаю до мелочей, буквально до грамма. Гости ахнут, когда увидят нормальную европейскую подачу и авторские закуски.
Этот разговор состоялся за две недели до шестидесятилетия Татьяны. Сама именинница представляла праздник совсем иначе: посидеть дома в тесном семейном кругу, запечь кусок мяса, нарезать пару привычных салатов, поставить на стол соленые грибы и спокойно поговорить с родней. Но Кирилл с Юлией восприняли такой вариант почти как личное оскорбление. Сын уверял, что круглая дата обязана быть отмечена с размахом, а невестка тут же предложила снять небольшой уютный зал в старинном особняке на набережной и полностью заняться праздничным столом.
Татьяна прекрасно знала: если кто-то слишком уверенно обещает снять с тебя все заботы, рано или поздно за это придется расплачиваться. Не желая вешать расходы на молодую семью, она тем же вечером отправилась в банковское отделение, сняла со своего пенсионного накопительного счета ровно тридцать шесть тысяч гривен и передала деньги Юлии. Для порядка расписку написали прямо на листке из кухонного блокнота. По меркам небольшого украинского городка сумма была очень приличной: на нее без труда можно было накрыть стол на двадцать человек с хорошим мясом, рыбой, фруктами и достойными закусками.
Юлия пересчитала купюры быстро, почти не глядя, убрала их в сумочку и заверила свекровь, что теперь всё находится под полным контролем. Татьяна облегченно выдохнула. Ей показалось, что она наконец избавилась от многочасового стояния у плиты, и спокойно переключилась на другие заботы: выбрать платье, обзвонить родных, уточнить, кто приедет с детьми, а кто задержится из-за работы.
В день юбилея Татьяна приехала в арендованный зал за два часа до начала. Ей хотелось самой посмотреть, как расставлены столы, привезти из дома вазы для букетов и убедиться, что кондиционеры работают нормально. Помещение действительно выглядело нарядно: светлые стены, высокие потолки с лепниной, тяжелая добротная мебель из дерева. Только на длинном праздничном столе пока не было ничего, кроме пустых бокалов, тарелок и аккуратно разложенных приборов.
Возле входа суетился молодой парень в сером форменном фартуке. Он вытаскивал из термосумок пластиковые контейнеры и ставил их на сервировочную тележку. Юлии нигде не было видно.
— Добрый день, вы хозяйка банкета? — спросил он, вытирая лоб тыльной стороной ладони и сверяясь с накладной в планшете. — Мы доставку по частному заказу привезли. Только ваша заказчица опаздывает, звонки сбрасывает, а мне нужно акт закрыть и расчетный лист передать. У меня следующий адрес уже горит.
— Здравствуйте. Заказчица — моя невестка, наверное, задержалась в салоне, — ответила Татьяна, подходя к стойке администратора. Она взяла ручку и расписалась в бланке доставки. — Давайте бумаги, я всё приму.
Курьер с явным облегчением протянул ей плотный прозрачный файл, быстро выгрузил оставшиеся коробки на столик для сервировки и почти бегом направился к выходу. На прощание он машинально поздравил именинницу и исчез за дверью.
Татьяна осталась в зале одна. Несколько секунд она просто стояла среди тишины, потом подошла ближе к окну, раскрыла файл и достала документы. К товарной накладной степлером была прикреплена длинная чековая лента. Опыт профессионального бухгалтера, проработавшего с цифрами почти сорок лет, сработал мгновенно: ее взгляд сам собой упал на итоговую строку в самом низу.
Там четко значилось: 10 560 грн.
Татьяна застыла на месте. Потом медленно поправила очки и начала читать накладную внимательно, позиция за позицией, не пропуская ни одной строки. Ни о какой закрытой базе элитного ресторанного снабжения в документах не было и намека. Заказ оформили через самую обычную оптовую точку полуфабрикатов на окраине промзоны.
Вместо обещанной запеченной осетрины в списке стоял замороженный минтай в панировке, причем купленный по акции. Вместо свежей говяжьей вырезки для медальонов — свиная обрезь второго сорта и готовые куриные рулеты из мяса механической обвалки. Дальше в перечне шла позиция, за которую Юлия особенно хвалила себя заранее: те самые «авторские сыры».