Хотя на самом деле его самостоятельность заканчивалась там, где начиналась воля родителей: деньги шли из их рук, а будущее сына уже давно было разложено по полочкам за большим семейным столом.
Оксана ничем не старалась его зацепить. Не улыбалась лишний раз, не играла глазами, не искала поводов задержаться рядом. Она просто делала свою работу — тихо, аккуратно, быстро, будто каждое движение было выучено заранее. Дмитрий заговорил с ней почти случайно: показывал, как пользоваться немецкой стиральной машиной, объяснял кнопки и режимы. Потом появились короткие разговоры возле лестницы, потом — проводы до калитки, которые они оба упрямо называли необходимым делом. Он стал приносить ей книги. Она, не сразу, но начала рассказывать о себе: о тётке, у которой жила с детства, о кривом старом крыльце, о мечте шить не чужие рабочие халаты, а настоящие красивые платья.
Когда мать заметила, что сын слишком уж часто находит причины выйти во двор, объяснение оказалось недолгим.
— Развлекаться можешь с кем захочешь, — холодно сказала она. — Но жениться на прислуге ты не будешь.
Вечером отец продолжил разговор иначе — без повышенного тона, почти деловито. Он положил перед Дмитрием папку с документами о стажировке в головном офисе банка и выписку по счетам.
— Пойдёшь за ней — останешься ни с чем.
После этого Дмитрий поднялся на третий этаж, в крошечную комнату, где жила Оксана. Она уже собирала сумку. Стояла у окна, не плакала и не обвиняла, будто заранее знала, чем всё закончится.
— Я всё решу, — сказал он. — Только не сейчас. Мне нужно немного времени.
Она посмотрела на него, тихо кивнула и подняла сумку с пола.
— Времени у тебя было достаточно, Дмитрий.
Позже он пытался писать ей. Искал через агентство, расспрашивал, ждал ответа. Но писем не приходило. В агентстве сухо сообщили, что девушка уволилась и нового адреса не оставила. Через год отец устроил его на стажировку, мать познакомила с Татьяной — дочерью владельца автосалонов и того самого банка, где Дмитрий со временем занял должность управляющего. Свадьбу устроили шумную, дорогую, с множеством гостей. Только внутри у него всё было пустым.
И теперь перед ним лежала папка с документами Оксаны. А рядом с её фамилией было указано: Алина, восемь лет.
Дмитрий снова посмотрел на девочку. На прямую линию бровей, на серые глаза с тёмным ободком по радужке. Затем перевёл взгляд на дату рождения, быстро сложил месяцы и годы — и почувствовал, как холод проходит по спине.
— Сколько ей исполнилось весной?
— Восемь. В апреле, — ответила Мария Ивановна. — Оксана сама её поднимала. Ни у кого ничего не просила. Работала где могла: сначала в кулинарии, потом на складе. А теперь вот беда случилась.
Дмитрий медленно закрыл папку. Во рту стало сухо.
— Оставьте мне номер телефона и адрес. Завтра утром я сам выйду на связь.
Мария Ивановна смотрела на него настороженно, но за этим недоверием уже дрожала слабая надежда.
— Только не говорите лишнего, если не сможете помочь. Мы обещаний уже наслушались.
— Я зря не обещаю.
Дома Татьяна стояла перед зеркалом и застёгивала серьгу. Её красота была безупречной и холодной — такой, которую поддерживают дорогие салоны, строгие диеты и привычка смотреть на людей сверху вниз.
— Ты поздно, — бросила она. — Отец звонил. Спрашивал отчёт.
— Возникла сложная ситуация.
— У тебя вся жизнь сложная, Дима. Особенно когда приходится делать вид, будто ты сам чего-то добился.
Когда-то такие фразы били точно в больное место. Теперь они прошли мимо, не зацепив.
Ночью Дмитрий сидел над медицинскими выписками. Потом перечитывал заявление. Потом просматривал копии старых бумаг. И с каждой страницей всё яснее понимал: утром он должен быть в клинике.
Врач говорил осторожно. Состояние тяжёлое, шанс остаётся, но необходим специалист из областного центра, перевод в другое отделение и отдельная бригада. На прямой вопрос он ответил без смягчений:
— Если ничего не предпринимать, к прежней жизни она не вернётся. Если действовать — гарантий всё равно нет. Но возможность есть.
— Оформляйте перевод, — сказал Дмитрий. — Я всё оплачу.
Деньги он собирал несколько дней: часть снял со своих счетов, часть ему принесла спешная продажа собственного автомобиля.