В следующие дни я не раз набирала мамин номер. Хотела спокойно, без крика, объяснить ей, что Матвею понадобилась не прихоть и не дорогая игрушка, а техника, которая действительно подходит для учёбы. Более того, вполне возможно, именно с таким компьютером он потом сможет работать и зарабатывать. Но мама будто заранее решила, что слушать меня не станет. Каждый разговор сводился к одному: я, по её мнению, окончательно разбаловала сына и слишком многое ему позволяю.
— Матвей нас всех по миру пустит! Сама себе такого вырастила! И зачем я вообще вам помогала? Нормальные люди такие суммы на машину откладывают, на жильё, на лечение, а вы взяли и компьютер купили! Подожди, ещё немного — и твой сыночек с тебя последнее снимет, — бросила она мне в нашу последнюю беседу и тут же оборвала звонок.
С того дня мама со мной больше не разговаривает. Похоже, ждёт, что я первая приду мириться и начну просить прощения. Но её слова задели меня настолько сильно, что извиняться я не готова. Маме уже почти семьдесят, откуда ей знать, какие сейчас требования к технике и обучению? Только она даже не пытается понять. Ей проще обвинять и оскорблять.