Там она первым делом сняла с себя рабочий синий халат и, не бросая как попало, ровно повесила его на крючок. Затем открыла свой шкафчик и достала одежду, в которой обычно уходила домой: строгую серую юбку, свежую белую блузку и тёплый вязаный кардиган. Переодевшись, Ирина Сергеевна подошла к стеллажу с хозяйственными принадлежностями и взяла ту самую пластиковую канистру с резким средством для пола. Другой рукой она нащупала в кармане фартука смятый листок — черновой вариант накладной, который заранее вытащила из мусорной корзины Артёма.
Собравшись с духом, она прошла к кабинету генерального директора и твёрдо постучала в дверь.
— Войдите, — отозвался изнутри усталый голос Дмитрия Олеговича.
Ирина Сергеевна приоткрыла дверь и вошла. За массивным столом, заваленным папками, рулонами ватмана, чертежами и расчётами, сидел директор. Вид у него был измученный: лицо осунулось, под глазами залегли тёмные круги. Увидев уборщицу не в рабочем халате, а в обычной одежде, да ещё с канистрой в руках, он удивлённо поднял брови.
— Ирина Сергеевна? Что произошло? Где-то протечка? Трубу прорвало? — спросил он и машинально потянулся к телефону.
— С трубами всё спокойно, Дмитрий Олегович, — спокойно, но жёстко ответила она, делая шаг в кабинет. — Прорвало совсем в другом месте. Простите, что беспокою вас так поздно, но ждать до утра нельзя. Позволите?
Она кивком указала на стул напротив. Дмитрий Олегович, уловив в её голосе непривычную уверенность, совсем не похожую на обычную робость подчинённой, молча разрешил ей сесть.
Ирина Сергеевна опустилась на стул, поставила канистру на край директорского стола, а рядом аккуратно положила скомканный лист бумаги.
— Дмитрий Олегович, я прекрасно понимаю, какое место занимает моя должность в штатном расписании, — начала она ровным голосом. — Но по образованию я главный бухгалтер. В этой профессии я проработала тридцать лет. И то, что сейчас творится у вас в компании, может закончиться либо полным финансовым крахом, либо визитом следователей из отдела по борьбе с экономическими преступлениями.
Директор медленно откинулся на спинку кожаного кресла. Сонливость исчезла мгновенно. Он скрестил руки на груди и внимательно посмотрел на пожилую женщину с аккуратно собранными седыми волосами.
— Вы сейчас говорите очень серьёзные вещи, Ирина Сергеевна, — произнёс он уже без прежней усталости. — Я слушаю вас.
— Начнём вот с этого, — она подвинула к нему канистру. — Этим средством я мою полы последний месяц. Сертификата безопасности на него нет. Запах — чистая хлорка. На оптовом рынке такая канистра, пять литров, стоит от силы сорок гривен. А теперь взгляните на этот черновик накладной от фирмы «Оптима-Сервис». Я нашла его в корзине начальника снабжения Артёма Максимовича.
Дмитрий Олегович взял бумагу, быстро пробежал глазами строки, и его брови медленно поползли вверх.
— Судя по этой накладной, — продолжила Ирина Сергеевна уже совершенно другим тоном, сухим и профессиональным, каким говорят люди, привыкшие проверять документы, — ваша компания якобы закупает концентрированные моющие средства швейцарского производства по тысяче двести гривен за литр. И точно такая же картина с кофе для кухни, бумагой для принтеров, мылом в санузлах. Фактически берётся самый дешёвый контрафакт, а в документах проводятся суммы с накруткой в тысячу процентов.
— Но все бумаги проходят через бухгалтерию и утверждаются Викторией Андреевной, — медленно произнёс Дмитрий Олегович. В его голосе появилась стальная жёсткость.
— Вот именно, — кивнула Ирина Сергеевна. — Виктория Андреевна и Артём Максимович, по моему мнению, и выстроили эту схему. Главный бухгалтер тоже в доле — она проводит платежи. «Оптима-Сервис» выглядит как классическая фирма-однодневка. И если бы речь шла только о хозяйственных мелочах, это уже было бы плохо. Но они решили не останавливаться. Завтра утром Виктория Андреевна принесёт вам на подпись акт выполненных работ от той же самой фирмы — за какие-то «консалтинговые услуги» на сумму примерно четыреста тысяч гривен. Я сегодня днём слышала их разговор. Если вы подпишете этот акт, а деньги уйдут на счёт этой однодневки, вас смогут представить соучастником хищения средств собственной компании.
В кабинете стало так тихо, что отчётливо слышалось негромкое гудение системного блока под столом. Дмитрий Олегович смотрел на смятую бумагу в своей руке, и лицо его постепенно темнело от гнева. Он был человеком старой деловой школы: привык доверять тем, кого сам поставил на ответственные места, и передавать им часть полномочий, чтобы заниматься стратегическими вопросами. Признать, что заместитель, которую он лично переманил из другой фирмы, предложив ей отличные условия, так нагло и спокойно обкрадывает его за спиной, было почти невозможно. Но факты, которые принесла эта скромная женщина, складывались в слишком ясную картину.
Он резко придвинул к себе клавиатуру, открыл бухгалтерскую программу и быстро ввёл идентификационный номер поставщика, указанный в черновике. Через несколько секунд на экране появилась история платежей.
— Десять переводов за два месяца, — процедил он сквозь зубы. — Почти миллион гривен отправлен непонятно куда. Как я мог этого не видеть…
Он поднял глаза на Ирину Сергеевну. Теперь в его взгляде читалось не недоумение, а настоящее уважение.
— Откуда вы узнали о договоре на консалтинг?
— Я мыла зеркала в женском туалете, когда они с главным бухгалтером обсуждали эту комбинацию, — ответила она. — Главбух нервничала из-за возможной налоговой проверки, но Виктория Андреевна уверяла её, что после перевода этих четырёхсот тысяч фирму сразу ликвидируют. Кроме того, сегодня Виктория Андреевна объявила мне, что переводит меня на полставки, а уборкой теперь займётся новая клининговая компания. Почти уверена, что договор оформят с очередной подставной структурой, и цены там будут завышены минимум втрое.
Дмитрий Олегович провёл ладонями по лицу, будто пытался стереть с себя накопившуюся усталость и одновременно сдержать ярость.
— Ирина Сергеевна… — он помолчал, подбирая слова. — Я даже не знаю, как вас благодарить. Вы спасли не только деньги компании. Вы спасли моё имя. Если бы этот фиктивный консалтинг потом всплыл, доказать, что я не выводил средства себе в карман, было бы почти нереально.
— Вам нужно действовать быстро, — сказала она. — Устроить внеплановую аудиторскую проверку. Пригласить независимых специалистов. С самого утра изъять жёсткие диски у Виктории Андреевны, Артёма Максимовича и главного бухгалтера, пока они не успели ничего подчистить. И обязательно поднять записи с камер наблюдения на складе.
Директор коротко усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья.
— Вы рассуждаете как опытный следователь прокуратуры.
— Нет, — спокойно ответила Ирина Сергеевна. — Просто как бухгалтер, который слишком хорошо знает, где обычно прячут грязные проводки.
Дмитрий Олегович снова посмотрел на экран, затем на накладную и наконец твёрдо кивнул.
— Я сделаю именно так. Прямо сейчас свяжусь со службой безопасности.
На следующее утро рабочий день в офисе «Гранд-Строй» начался совсем не с привычного кофе и ленивых разговоров у кухни. Ирина Сергеевна появилась на работе в своё обычное время, словно ничего особенного накануне вечером не произошло.