Утро началось по-домашнему спокойно: Ирина вместе с матерью хлопотали на кухне, накрывая к завтраку. Владимир должен был вот-вот приехать, а на вечер уже был заказан столик в ресторане. Ирина улыбалась без причины — день обещал быть тёплым, радостным, почти идеальным.
Но внезапно раздался звонок.
Она открыла дверь и на пороге увидела Артёма. Тот стоял с натянутой улыбкой, держа в одной руке небольшой букет гвоздик, а в другой — самый обычный магазинный торт.
— Решил заехать, поздравить, — сказал он и тут же опустил взгляд на её заметно округлившийся живот. — Значит, малыша ждёшь? Повезло тебе… А мне, видно, такого счастья не дано.
Ирина растерялась. После этих слов ей стало неприятно, и впускать бывшего мужа в дом совершенно не хотелось. Она ещё не успела придумать, что ответить, как во двор вошёл Владимир. Увидев Артёма, он мгновенно изменился в лице, подошёл к нему, развернул к себе и жёстко спросил:
— Деньги вернул?
— Да нет, я просто Ирину с днём рожде…
— Слушай внимательно, — перебил его Владимир. — Я вижу тебя здесь в последний раз. Чтобы больше ты к этому дому даже близко не подходил. Уходи. Немедленно.
Он крепко взял Артёма за руку и почти силой вывел его к калитке.
— Ещё раз появишься — вызову полицию, понял? — бросил Владимир ему вслед.
Праздничное настроение оказалось омрачено. Ирина не выдержала и расплакалась: в её положении такие потрясения были совсем ни к чему. Владимир сел рядом, обнял её и тихо произнёс:
— Прости меня. Но пойми, Ирочка, по-другому он не отстанет.
Однако тревога ещё долго не отпускала её.
Поздно вечером, уже после ресторана, Ирина сидела с матерью за чашкой чая. Перед сном та сказала:
— Дочка, слушай мужа. Береги свой дом и не пускай туда тех, кто приходит только нарушать покой.
— Но он так кричал, мама, — с дрожью в голосе ответила Ирина. — Я его таким никогда не видела.
— И правильно кричал, — спокойно сказала мать. — У настоящего мужчины есть желание защитить свою семью. А у твоего бывшего всегда было только одно — спасать самого себя. Это совсем разные вещи.
Вскоре за Ириной зашёл Владимир. Он тепло поблагодарил тёщу за вечер и повёз жену домой.
— Прости ещё раз за эту сцену, — сказал он в дороге. — Но я не позволю ему ходить сюда как к себе.
Ирина прижалась к мужу и вдруг ясно поняла: мать была права. Её семья — это её крепость. И тем, кто приходит с прошлой болью, у этих стен больше не место.