Продлевать регистрацию Руслан, как обычно, не спешил: откладывал, отмахивался, уверял, что «разберётся потом», а потом так и не наступило.
Марина взяла телефон и, не позволяя рукам дрожать, набрала знакомый номер.
— Анатолий Сергеевич, добрый день. Извините, что тревожу вас в выходной, но мне срочно нужна юридическая помощь. Прямо сейчас. Ситуация, в общем, типовая, но действовать надо немедленно. И если можете — приезжайте не один. Нужен наряд полиции. Через ваши связи или хотя бы подскажите, как правильно оформить вызов.
На другом конце ответили без паники, ровно и уверенно:
— Марина, слушай внимательно. Ничего не подписывай, ни с кем не спорь до рукоприкладства и не бойся. Я буду у тебя минут через двадцать, возьму с собой участкового. Мне идти недалеко, ты же помнишь.
Марина аккуратно сложила бумаги обратно в кожаную папку, забрала паспорт, ноутбук и рабочие жёсткие диски. Потом быстро переоделась в джинсы и тёплый свитер. Чемоданы она даже не открывала. С какой стати ей собирать вещи, если покидать квартиру должна была вовсе не она?
Когда Марина вышла из спальни, в квартире уже царила чужая, наглая домашность. Валентина Петровна вовсю распоряжалась на кухне: гремела кастрюлями, хлопала дверцами шкафчиков и презрительно цокала языком, словно проводила ревизию в чужой кладовой.
— Господи, Руслан, чем она тебя тут вообще кормила? — возмущалась она так громко, будто специально старалась задеть каждое слово. — Трава какая-то сушёная, баночки с иностранными соусами… Ни нормального маргарина, ни смальца, ничего человеческого! Ладно, завтра пирожков напеку, хоть поешь как мужчина. Где у вас мясо лежит?
Руслан, развалившись в гостиной на мягком диване, лениво держал пульт от телевизора. Ноги он закинул на журнальный столик из цельного дуба — тот самый, который Марина долго выбирала, заказывала у мастера и потом сама натирала воском, радуясь гладкой тёплой поверхности дерева.
— В нижнем ящике морозилки, мам, — отозвался он, не отрывая взгляда от экрана. — Только там говядина постная. Марина жирное не покупает.
— Ничего, пережарю с луком — пойдёт, — выкрикнула Валентина Петровна из кухни.
Заметив Марину с тонкой сумкой для ноутбука и папкой под мышкой, свекровь тут же вышла в коридор. Руки она вытирала о вафельное полотенце с вышитыми петухами — откуда она успела его достать из своего баула, оставалось загадкой.
— А вещи твои где? — подозрительно прищурилась она. — Думаешь, потом вернёшься за остальным? Нет уж, милая. Забирай всё сразу, чтобы и следа твоего здесь не осталось.
— Мои вещи останутся там, где лежат, — ровно произнесла Марина и села на банкетку у входной двери.
— Это ещё почему? — Руслан наконец повернул голову с дивана и нахмурился. — Марин, только не начинай спектакль. Уйди нормально. Зачем устраивать цирк?
— Я никуда не ухожу, — спокойно ответила она. — Я жду людей.
— Каких ещё людей? — взвизгнула Валентина Петровна. — Ты кого собралась тащить в дом без разрешения хозяина? Руслан, ты слышишь? Она уже открыто над нами издевается! Выставь её за дверь, и дело с концом!
Руслан поднялся не сразу. Делал он это нехотя, словно его заставили заниматься чем-то крайне неприятным. На лице мелькнула растерянность. Он привык к другой Марине: та уступала, пыталась договориться, глотала обиды, могла плакать ночью в подушку, но потом всё равно прощала его детские выходки. А теперь перед ним сидела женщина с холодным, почти отстранённым взглядом — и это пугало его сильнее любой истерики.
— Марин, ну правда, встань и выйди, — сказал он уже тише. — Не вынуждай меня. Я не хочу, чтобы весь подъезд слушал скандал.
— Попробуй, — почти шёпотом сказала она, не отводя глаз. — Только прикоснись ко мне.
Именно в этот момент в дверь позвонили. Звонок прозвучал коротко, жёстко и требовательно.
Валентина Петровна торжествующе усмехнулась:
— Ага, наверное, соседи! Вот сейчас мы при всех расскажем, какая ты неблагодарная дрянь. Пусть весь подъезд знает!
Она сама рванула дверь на себя, уже приготовившись выплеснуть очередной поток яда, но внезапно осеклась. Слова застряли у неё в горле.
На пороге стояли трое. Впереди — высокий статный мужчина в дорогом пальто, с аккуратной сединой и внимательным, цепким взглядом. Это был Анатолий Сергеевич. Рядом — капитан полиции в форме, с планшетом в руках. Чуть позади переминались двое крепких мужчин в одинаковых тёмных куртках с надписью «Служба вскрытия и замены замков».
— Добрый день, — сухо произнёс капитан, оглядев прихожую, заваленную сумками и чемоданами. — Капитан Ковалёв. Поступило обращение о незаконном проникновении в жилое помещение и возможной попытке самоуправства. Кто является собственником квартиры?
— Я, — Марина поднялась и сделала шаг вперёд, передавая документы Анатолию Сергеевичу.
Адвокат быстро просмотрел бумаги, кивнул и передал их капитану.
— Здесь договор дарения, выписка из Государственного реестра вещных прав на недвижимое имущество, сформированная сегодня в электронном виде с квалифицированной электронной подписью, а также брачный договор, — чётко, привычным поставленным голосом произнёс Анатолий Сергеевич. — В пункте 4.2 прямо указано: недвижимость, полученная до брака либо по безвозмездным сделкам, относится к личной частной собственности гражданки Марины Сергеевны Вороновой.
Лицо Валентины Петровны пошло неровными багровыми пятнами. Она схватилась за грудь и театрально привалилась плечом к дверному косяку.
— Что это такое? Какая ещё полиция? Руслан! — заверещала она. — Что этот старик несёт? Ты же говорил, квартира ваша общая! Ты говорил, что вы её вместе покупали!
Руслан побледнел так резко, будто из него в один миг выкачали всю кровь. Он прижался к стене в коридоре, судорожно сжимая телефон в кармане.
— Мам… помолчи, — выдавил он пересохшими губами.
— Что значит «помолчи»?! — Валентина Петровна мгновенно забыла и про сердце, и про слабость. — Господин офицер, защитите нас! Эта женщина выгоняет на улицу законного мужа! Они в браке! Он имеет право здесь находиться!
Капитан Ковалёв внимательно сверил паспорт Марины с документами на квартиру, затем перевёл тяжёлый служебный взгляд на Руслана.
— Гражданин, предъявите документ, удостоверяющий личность.
Руслан, словно на ватных ногах, подошёл к комоду, достал паспорт и протянул его полицейскому.
Капитан пролистал страницы, сверился с данными на планшете и произнёс без всякого выражения:
— Гражданин Воронов Руслан Николаевич. Временная регистрация по данному адресу прекращена пятнадцатого числа прошлого месяца в связи с истечением срока действия. Постоянное место регистрации где?
— В… в Полтавской области, — едва слышно ответил Руслан, уставившись в пол.
— В Буче, дом четырнадцать, — холодно добавила Марина. — Именно туда Валентина Петровна несколько минут назад так любезно предлагала отправиться мне.
— Офицер, вы ничего не понимаете! — Валентина Петровна шагнула к капитану, размахивая руками и срываясь на крик.