Именно эта тесная, почти неловкая близость — они втроём в узкой прихожей, прижавшиеся друг к другу, будто только так можно было не развалиться на части, — неожиданно дала Наталье хоть немного внутренней прочности. Это не было счастьем. До счастья было слишком далеко. Но появилось другое: понимание, что она всё-таки не осталась совсем одна. Что рядом есть те, ради кого нужно выстоять.
Позже, уже вечером, Кирилл ушёл на смену, и квартира снова провалилась в тяжёлую тишину. Наталья ходила из комнаты в комнату, не находя себе места, когда вдруг на столе задрожал телефон. Номер на экране был незнакомым. Она почти нажала сброс, но в последний миг почему-то приняла вызов.
— Алло?
— Надо же, ответила, — в чужом женском голосе сквозила насмешка, будто собеседница улыбалась. — А я думала, ты не захочешь услышать правду.
Наталья резко выпрямилась. Пальцы сами сжали телефон так крепко, что побелели костяшки.
— Кто говорит?
— Жанна. Та самая Жанна, с которой Андрей уже давно вместе. Почти год, если тебе интересно. И, знаешь, я даже рада, что он наконец решился уйти. Серьёзно. Мне надоело прятаться, надоело быть кем-то тайным и ждать, пока он перестанет трусить.
В ушах у Натальи будто поднялся гул. Почти год. Целый год рядом с ней жил человек, который уже выбрал другую. А она не видела? Или видела, но отказывалась признавать?
— А деньги, которые он забрал… — Жанна выдержала паузу, явно наслаждаясь тем, как каждое слово попадает в цель. — Они предназначались для моего подарка. У меня сегодня день рождения. Представляешь? В тот же день, что и у тебя. Забавное совпадение, правда? Андрей хотел устроить мне сюрприз. Большой, красивый, щедрый. Наверное, думал одним подарком перечеркнуть всё, что было раньше.
Наталья стиснула зубы. Ей хотелось закричать, бросить телефон об стену, оборвать этот голос, который влезал в её жизнь грязными ботинками.
— Он тебе, конечно, много чего наговорил, — продолжала Жанна. — Про усталость, про график, про то, что вы отдалились… Но на самом деле всё проще. Он просто захотел быть со мной. И теперь будет.
Жанна ещё что-то произносила, но смысл уже расплывался. В трубке звучала уверенная, чужая женщина, которая спокойно и тщательно добивала последние обломки Натальиного прежнего мира.
— Спасибо, — сказала Наталья очень тихо, когда та наконец замолчала. — За правду спасибо. Теперь мне всё ясно.
Она отключила вызов, положила телефон перед собой и закрыла лицо ладонями. День рождения в один день. Подарок. Почти год обмана. Эти мысли крутились в голове, как осколки стекла.
И среди них всё сильнее проступала одна: Кирилл не должен жить в такой же лжи. У него должна быть своя жизнь — честная, светлая, не отравленная чужим предательством.
Дни после этого растянулись в мутную полосу. Наталья звонила юристам, пыталась выяснять, что можно сделать, писала Андрею, стараясь говорить спокойно и по делу. Он читал сообщения, но чаще всего молчал. Иногда отвечал коротко, холодно, будто она была не женщиной, с которой он прожил столько лет, а надоедливой знакомой.
Наталья ощущала себя так, словно её внезапно выдернули из привычной жизни и поставили посреди незнакомого города — без денег, без карты, без понимания, куда идти дальше.
Однажды вечером она сидела на кухне перед чашкой давно остывшего чая и смотрела в окно. В соседних домах один за другим гасли огни. Кирилл снова был на смене. В квартире стояла такая тишина, что от неё начинало давить в груди.
Телефон коротко пискнул.
Сообщение от Андрея: «Не устраивай истерик. Я всё равно не вернусь. У нас с Жанной серьёзно. И хорошо, что ты теперь всё знаешь».
Наталья перечитала эти строки и криво усмехнулась сквозь злые, горячие слёзы. Серьёзно. Конечно. Подарок на день рождения. Один и тот же день — для двух женщин, одна из которых оказалась прошлым.
Отвечать она не стала. Вместо этого открыла переписку с Кириллом и написала: «Приди как можно быстрее. Мне нужно, чтобы ты был дома».
Через полчаса он уже стоял на пороге — растрёпанный, с влажными от дождя волосами, пахнущий улицей и кофе. Не задавая лишних вопросов, Кирилл прошёл на кухню, сел рядом и поставил перед ней стакан ещё горячего кофе, купленного по дороге.
Наталья посмотрела на него — и в этот момент всё, что она пыталась удерживать внутри, окончательно прорвалось.
— Он не вернётся, — выдохнула она, всхлипывая. — И самое больное даже не это. Не то, что он ушёл. А то, что он уходил давно. Тихо, исподтишка, почти год. А деньги… деньги он забрал ей на подарок. У неё день рождения сегодня. В тот же день, что и у меня.
Кирилл застыл, словно каждое её слово ударило его не меньше, чем её саму. Потом он медленно кивнул.