Олег продолжал заказывать доставку домой по нескольку раз в неделю, объясняя это тем, что больше не может смотреть на бесконечные макароны.
— Олег, может, всё‑таки сядем и распишем наши траты? — осторожно предложила Оксана в субботу за завтраком. — Посчитаем обязательные платежи и поймём, на что реально остаются деньги.
Муж посмотрел на неё так, словно она предложила продать квартиру и перебраться в общежитие.
— Ты серьёзно? Я не собираюсь существовать в режиме нищеты. У меня, между прочим, определённый уровень.
— Какой ещё уровень? — Оксана почувствовала, как у неё сводит скулы. — Ты уже третью неделю без работы. Дохода нет вообще.
— Это временно, — резко оборвал он. — И перестань читать мне нотации. Чувствую себя школьником, а ты — как моя мать.
Оксана прикусила язык. Спорить было бессмысленно — разговоры заканчивались одинаково. Она молча поднялась и ушла на кухню, слишком громко закрыв дверцу шкафа.
Деньги на общем счёте уменьшались с пугающей скоростью. Оксана регулярно переводила туда часть своей зарплаты, но расходов становилось только больше. Олег будто не замечал перемен: рестораны на дом, капсулы с дорогим кофе, очередная обновка в гардеробе.
— Я должен выглядеть солидно, — неизменно повторял он, когда речь заходила о финансах. — Работодатели оценивают всё, не только опыт.
— У тебя и так полный шкаф вещей, — не выдерживала Оксана. — Зачем ещё одна пара джинсов той же фирмы?
— Ты просто не понимаешь, — отмахивался он. — Одни уже вышли из моды, другие — для повседневности. А эти — для серьёзных встреч.
В какой‑то момент Оксана начала снимать деньги со своего личного вклада. Сначала десять тысяч гривен, потом пятнадцать, затем двадцать. Сбережения, которые она откладывала на «чёрный день», таяли прямо на глазах. Каждый разговор об экономии заканчивался раздражением Олега и обвинениями в занудстве.
— Ты не разбираешься в психологии найма, — поучал он. — Если я приду в дешёвых вещах, на меня даже смотреть не станут.
— А если нам нечем будет платить за квартиру, откуда ты вообще поедешь на собеседование? — язвительно спросила Оксана. — Из подъезда?
— Не сгущай краски, — бросил он. — До такого не дойдёт.
Но на её личном счёте оставалось всего сорок две тысячи гривен. И Оксана прекрасно понимала: дойдёт.
В среду вечером Олег вернулся домой заметно оживлённым.
— Собирайся, пойдём прогуляемся, — бодро сообщил он.
Оксана оторвалась от кастрюли с супом.
— Куда ещё? Я после работы еле стою на ногах. И в магазин заезжала.
— Просто пройдёмся, развеемся, — он уже снимал куртку. — Переоденься во что‑нибудь приличное.
— Зачем? Если это обычная прогулка?
— Ну мало ли кого встретим, — неопределённо ответил он. — Не хочу, чтобы ты в домашнем выглядела.
В его голосе было что‑то неуловимо настораживающее. Оксана почувствовала неприятный холодок внутри, но спорить не стала. Возможно, ему действительно нужно отвлечься.
— Хорошо. Только ненадолго. Завтра рано вставать.
Она переоделась, слегка подкрасила губы и вышла в прихожую. Олег уже ждал, уткнувшись в телефон.
Они вышли из дома и направились в сторону центра. Маршрут показался Оксане странным: обычно они гуляли в парке рядом с домом, а сейчас Олег уверенно вёл её в противоположном направлении.
— Мы куда идём? — спросила она спустя несколько минут.
— Да просто пройдёмся, — уклончиво ответил он, не сбавляя шага.
Тревога усилилась, когда они вышли на центральную улицу. Ещё через пару минут Олег свернул к знакомому зданию. Оксана остановилась.
— Это же тот самый ресторан… — медленно произнесла она. — Ты серьёзно?
— Не начинай, — он попытался взять её под руку.
Оксана отстранилась.
— Я туда не пойду. У нас нет денег на такие ужины.
— Не устраивай сцену, — прошипел он, оглядываясь. — Ребята уже внутри.
— Какие ещё ребята?
— Тарас и Богдан. Мы договорились позавчера.
— Позавчера? — её голос стал тихим и опасным. — И ты даже не посчитал нужным обсудить это со мной?
— Я думал, ты не станешь возражать… Пойдём, неудобно уже.
Ей хотелось развернуться и уйти домой. Хотелось высказать всё прямо здесь, не обращая внимания на прохожих. Но Олег уже распахнул дверь и ждал. С трудом проглотив ком в горле, Оксана вошла следом.
За столиком у окна сидели Тарас и Богдан — университетские друзья Олега. Оба устроены в крупных компаниях, уверенные, довольные собой. Увидев их, они оживились.
— Наконец-то! — Тарас поднялся и обнял Олега. — Мы уж решили, что вы передумали.
— Да нет, просто задержались, — ответил Олег с лёгкой усмешкой.
Оксана молча села и раскрыла меню. Цены обожгли взгляд: салаты — от восьмисот гривен, горячее — от полутора тысяч, десерты — по шестьсот.
— Оксана, что будете брать? — поинтересовался Богдан.
— Пока смотрю, — коротко ответила она.
Подошёл официант. Тарас заказал стейк с трюфельным соусом и красное вино. Богдан выбрал морепродукты и бокал белого. Олег не стал скромничать — утка с апельсиновым соусом и вино.
— А вам? — официант посмотрел на Оксану.
— Овощной салат, — сказала она.
— И всё? — удивился Олег. — Возьми что‑нибудь посерьёзнее.
— Мне достаточно.
Она закрыла меню и отдала его официанту.
Вечер проходил шумно: мужчины смеялись, обсуждали старые истории, подливали друг другу вина. Оксана почти не участвовала в разговоре. Она механически перебирала листья салата и подсчитывала в уме итоговую сумму. Стейк — две тысячи восемьсот. Морепродукты — три двести. Утка — две с половиной. Три бокала вина по семьсот. Уже больше десяти тысяч гривен — и это без десерта.
— Олег, как продвигаются поиски? — поинтересовался Тарас, сделав глоток. — Есть что-то стоящее?
— Рассматриваю несколько вариантов, — непринуждённо ответил Олег. — Не хочу хвататься за первое попавшееся, предпочитаю выбрать действительно перспективное место.
Оксана медленно подняла глаза и посмотрела на мужа. Тот даже не моргнул, продолжая улыбаться друзьям, будто произносил чистую правду.
— И правильно, — одобрительно кивнул Богдан. — Спешить ни к чему. С твоим опытом тебя с руками оторвут.
— Вот именно, — поддержал Олег, поднимая бокал. — Нужно дождаться предложения, которое будет соответствовать моему уровню…