— …любимую родственницу! Не последний же ломоть хлеба дома доедаешь, в конце концов!
Я медленно провела взглядом по накрытому столу, будто впервые оценила масштаб бедствия. Оказывать Марине «знаки внимания» явились ровно пятнадцать душ. Две мужнины тетушки, дядя с вечной миной человека, которому подали уксус вместо компота, брат Андрея и еще несколько дальних родичей, хранивших весь вечер торжественное молчание и зато пережевывавших еду с упорством хорошо настроенного комбайна.
Стол действительно прогибался под угощениями так жалобно, что его ножки, казалось, вот-вот попросят больничный. На тарелках красовались дорогие мясные нарезки, рыба не из дешевых, салаты с морепродуктами и прочие блюда, названия которых в меню выглядели дороже, чем мой недельный продуктовый список. В этом-то и заключалась вся хитрость свекрови. Галина Викторовна собрала родню в заведении с претензией на роскошь, заказала еды так, словно кормила не семью, а батальон после марш-броска, а когда официант принес счет на тридцать четыре тысячи гривен, торжественно решила, что оплачивать этот праздник жизни должна я.
План у нее был простенький, но, по ее мнению, безотказный: надавить при свидетелях. Когда на тебя смотрит целая толпа родственников, да еще с выражением праведного осуждения на лицах, многие смущаются и вытаскивают кошелек, лишь бы не прослыть жадиной. Только Галина Викторовна не учла одну мелочь. Я старший кассир. Меня годами закаляли недостачи, внезапные проверки, хитроумные ревизоры и покупатели, способные устроить скандал из-за копейки в чеке. Так что подобные дешевые спектакли на меня действовали примерно как комариный писк на бетонную стену.
— Марина, распоряжаться деньгами на работе и отдавать свои личные накопления — это, как ни странно, разные вещи, — спокойно сказала я, промокнув уголки губ салфеткой. — У вашей компании аппетит прямо царский. Еще немного — и начнете требовать себе новые земли, титулы и личный дворец.
— Ой, да хватит уже изображать бедную родственницу! — Галина Викторовна перешла в наступление и зло блеснула золотыми коронками. — Мы же семья, одна большая семья! Вы с Андреем в сентябре на море собрались, так море от вас никуда не денется. А юбилей у девочки, между прочим, не каждый день случается.
Она выдержала короткую паузу, явно собираясь добить меня следующим, самым убедительным аргументом.