Игорь будто сжался под этим взглядом. Он уставился в тарелку, а по щекам и шее у него расползлись неровные красные пятна. Мне стало не просто неловко — почти стыдно за него. Его собственная жена при всех превозносила брата, даже не пытаясь скрыть, за чей счет существует весь этот блеск вокруг нее.
— Оль, ну хватит уже, — Андрей выпрямился, расправил плечи и, кажется, откровенно купался во всеобщем внимании. — Я же просто делаю то, что должен.
— Раз уж заговорили о делах, — Ольга лукаво сощурилась и приблизилась к нашему столу, — у меня, между прочим, появилась чудесная мысль насчет поездки на острова в следующем месяце. Надо будет все обсудить, братик.
— Оль, может, не сейчас? — Андрей быстро посмотрел на меня, и в этом взгляде мелькнула тревога.
— А почему это не сейчас? — золовка обиженно выпятила губы. — Сегодня мой праздник! Значит, все должно вертеться вокруг меня. Официант! Принесите еще закусок и выберите для нас самые дорогие десерты!
Время неумолимо приближалось к полуночи. На веранде музыканты доиграли последнюю джазовую мелодию, голоса гостей стали тише, шумный смех сменился сытым, вялым перешептыванием.
Почти бесшумно возле нашего стола возник метрдотель. В руках он держал плотную кожаную папку.
— Ваш счет, господа. Надеюсь, вечер в нашем заведении оставил у вас приятные впечатления.
Он положил папку точно между Андреем и Игорем. Муж Ольги даже пальцем не шевельнул, будто эта часть вечера его совершенно не касалась.
Андрей с привычной снисходительной улыбкой приподнял обложку.
Я словно увидела все в замедленном движении. Прошла секунда. Потом еще одна. Улыбка на его лице застыла, а потом будто приклеилась намертво. Скулы напряглись, челюсть сжалась так, что лицо стало каменным. Он медленно захлопнул папку. За столом повисла такая тишина, что ее, казалось, можно было потрогать рукой.
— Ну что ты тянешь? — Ольга нетерпеливо хлопнула в ладони, глаза у нее блестели от предвкушения. — Сколько получилось? Раз уж праздновать, так по-королевски!
— Триста пятнадцать тысяч, — хрипло выдавил Андрей, почти не разжимая губ.
Кто-то из гостей тихо ахнул. Сумма была запредельной. Я знала, что у Игоря с деньгами сейчас все совсем плохо, и, судя по быстрым взглядам за столом, остальные тоже прекрасно понимали, на кого сегодня возложена роль главного кошелька.
— Ого, как внушительно! — Ольга довольно вскинула подбородок. — Вот это я понимаю — настоящий праздник!
— Дорогие мои, внимание! — золовка снова театрально развела руки в стороны. — Сейчас мой самый любимый и самый щедрый брат покажет всем, как сильно он меня обожает!
Она сделала это специально. Превратила оплату счета в спектакль, чтобы Андрей уже не смог отказаться под взглядами десятков людей.
— Оль, может, без этого представления? — тихо попросил он. На лбу у него выступили мелкие капли пота.
— Почему еще? — капризно протянула она. — Я хочу, чтобы все увидели мою настоящую опору. Плати, братик!
Плечи Андрея заметно опустились. Он повернулся ко мне, но в глаза так и не посмотрел, только протянул ладонь.
— Марин, дай карту.
Я не шелохнулась сразу, сохранив на лице ровное спокойствие. Затем молча открыла сумочку, вынула синюю банковскую карту и положила ему в руку. Андрей даже не удостоил ее взглядом и машинально передал метрдотелю.