— Поэтому оставляй ключи на тумбочке и освобождай помещение, — отчеканила Галина Сергеевна. — Поезжай к своей матери в поселок, у нее там не тесно.
Алина с трудом удержалась, чтобы не рассмеяться ей в лицо.
Вот так «благородный» Денис. Какую же трогательную легенду он сочинил для мамочки, лишь бы выглядеть героем, а не виноватым беглецом.
Ушел он вовсе не потому, что решил великодушно все оставить бывшей жене. Просто забирать ему было почти нечего. Крупную бытовую технику покупала Алина. Мебель — тоже она. Денис прихватил с собой лишь ноутбук, дорогую кофемашину, которую, к слову, сама Алина ему когда-то подарила, и чемоданчик с автомобильными инструментами.
— Галина Сергеевна, вы уверены, что ничего не перепутали? — почти ласково уточнила Алина.
— Я-то? Ничего я не путаю! — свекровь резко поставила руки в бока. — Мой сын пять лет спину гнул! Кредиты выплачивал! На всем экономил, чтобы эту каморку привести в человеческий вид! И теперь имеет полное право поселить здесь родную сестру!
— Ваш сын за пять лет даже коммунальные платежи ни разу вовремя не внес, — спокойно заметила Алина, не меняя позы. — О каких кредитах вы говорите, я вообще не понимаю. Его зарплата уходила на машину, новые прибамбасы к ней и бесконечные встречи с приятелями.
— Врешь! — лицо Галины Сергеевны налилось темной краской.
— Попросите у него выписку по карте, — Алина сделала небольшой шаг вперед. — Эта квартира моя. Я купила ее за два года до свадьбы. И ипотеку закрывала сама. Из своей зарплаты. Пока ваш сын все пытался понять, кем он хочет быть в жизни.
Галина Сергеевна презрительно фыркнула, будто услышала особенно нелепую басню.
— Ой, нашлась сказочница! Да на какие деньги ты могла ее купить? Сидела в своей конторе за жалкие копейки!
Она раздраженно махнула рукой в сторону гостиной.
— Это Денис тебе помогал! Я прекрасно знаю, он каждый месяц жаловался, что ты вытягиваешь из него последнюю тысячу гривен на свои прихоти!
— В то время Денис жил у вас с отцом на шее и по полгода «искал себя» вместе с работой, — Алина смотрела прямо в ее мечущиеся глаза. — Вы же сами мне звонили и жаловались, что он вашу пенсию проедает. Или это уже стерлось из памяти?
Галина Сергеевна напряглась. Глаза у нее сузились, превратившись в две злые щелки.
Такого спокойного отпора она явно не ожидала. Денис годами кормил ее красивыми историями о собственных успехах и о том, как он один тащит на себе семейную жизнь.
— Денис ремонт здесь делал! — не сдавалась она, срываясь почти на крик. — Плитку в ванной укладывал! Обои клеил! Ночами не спал, здоровье свое угробил ради этого жилья!
— Обои клеили мастера, Галина Сергеевна. И плитку укладывали тоже они, — Алина устало провела пальцами по вискам. — А ваш сын в это время был на рыбалке с тем самым Русланом. Пил пиво и отдыхал. Помните, как он тогда «устал»? Ему срочно понадобилось восстановиться от семейной жизни.
— Да какая разница, кто там клеил эти обои! — Галина Сергеевна отмахнулась от фактов так, будто это была назойливая мошка. — Он здесь жил! Мужчина в доме — это опора! Без него ты никто и звать тебя никак! Он эту квартиру своей мужской энергией наполнил! А балкон кто застеклил?
— Рабочая бригада. За мои отпускные.
— Не смей мне хамить! — свекровь шумно втянула воздух, тяжело задышав. — Значит, пусть эта ваша «опора» теперь поддержит Валерию. Я сказала: семья — это святое!
— Прекрасно, — Алина коротко кивнула. — Тогда пусть Денис и забирает сестру к себе. Туда, куда он уехал с моими сумками. Насколько я слышала, жилплощадь там просторная. Всем места хватит.
— Какая еще жилплощадь?! — Галина Сергеевна растерянно моргнула. — Он у друга живет!