Однако надежда на спокойный вечер растаяла почти сразу.
— Посидим в уютном месте, поужинаем как следует. Раз уж Тетяна пригласила, значит, и угощение за её счёт, — мелькнула у Оксаны обнадёживающая мысль.
В половине седьмого в прихожей раздался звонок. На пороге появилась Тетяна — при полном параде: в тёмном крепдешиновом платье, с высокой, тщательно залаченной причёской и маленьким ридикюлем, который она держала так, будто направлялась на приём.
— Ну что, красавицы, собрались? — оживлённо произнесла она и придирчиво оглядела Оксану с головы до ног. Судя по выражению её лица, наряд невестки восторга не вызвал, но замечаний она не отпустила. Зато, повернувшись к Марии, тут же расплылась в улыбке: — Ах ты моя прелесть! Настоящая принцесса!
Кафе «Карамель» оказалось именно таким, каким его описывала свекровь: приглушённый свет, ненавязчивая мелодия, столик у окна с видом на вечернюю улицу. В стеклянных подсвечниках мерцали огоньки, а в воздухе смешивались ароматы свежесваренного кофе и сладкой ванили.
Оксана понемногу расслабилась. Подошёл официант — молодой, приветливый, с безупречной улыбкой — и раздал меню в плотных кожаных обложках.
— Могу предложить аперитив? — вежливо поинтересовался он.
— Нам по бокалу шампанского, — решительно ответила Тетяна, даже не взглянув на остальных. — И сок для ребёнка. Оксана, ты ведь не откажешься? Всё-таки праздник.
— Конечно, — спокойно согласилась она, изучая список блюд.
Цены были немалые, но раз инициатором вечера выступила свекровь, логично было выбрать что-то из среднего сегмента. Заказ оформили быстро: Тетяна остановилась на стейке из лосося, Оксана выбрала пасту с морепродуктами, Мария — «Маргариту» и обещанный молочный коктейль.
Разговор шёл размеренно. Тетяна расспрашивала внучку о школе, вспоминала свою молодость, между делом критиковала причёску официантки и манеру сервировки. Оксана больше слушала, отпивая шампанское и думая о том, что Сергей, вероятно, сейчас смотрит футбол с друзьями и ужинает доставленной пиццей.
Свекровь ела с аппетитом и не упускала случая прокомментировать каждую деталь: то рыба «слишком сухая», то соус «жидковат», то Марии следует пить коктейль медленнее, чтобы «горло не прихватило». Девочка, занятая пиццей, пропускала замечания мимо ушей.
Когда тарелки опустели, официант вновь появился у столика.
— Что-нибудь сладкое? Чизкейк, тирамису, может, ягодный сет?
— Нет-нет, я на диете, — отмахнулась Тетяна. — Мне достаточно. Оксана, разве что чай?
— Я хочу мороженое с шоколадной крошкой! — немедленно заявила Мария.
— Мне, пожалуйста, мятный чай и кусочек медовика, — добавила Оксана.
Десерты принесли быстро. Настроение почти сравнялось с праздничным: Мария сияла, еда оказалась вкусной, даже свекровь вела себя терпимо.
«И правда, зря я себя накручивала», — подумала Оксана, наблюдая, как дочь сосредоточенно вылавливает ложечкой шоколадные кусочки из креманки.
Но именно в этот момент официант положил на край стола тёмную папку со счётом.
Тетяна, даже не взглянув на неё, лёгким движением локтя передвинула папку к Оксане и продолжила оживлённо рассказывать Марии, каким было мороженое в её детстве — в металлических формочках и с деревянной палочкой.
Оксана замерла. Взгляд скользнул от папки к лицу свекрови. Та увлечённо жестикулировала, словно ничего особенного не произошло.
Сомнений не оставалось: счёт адресовали ей.
В груди неприятно кольнуло. Тёплое ощущение вечера сменилось холодной ясностью.
«Значит, вот как, — пронеслось в голове. — Пригласить, выбрать место, сделать вид, что это подарок… а расплачиваться должна я. Удобно».
Она раскрыла папку. Сумма оказалась внушительной — почти восемь тысяч гривен. Лосось, паста, пицца, напитки, десерты… Щёки предательски вспыхнули.
— Тетяна, — её голос прозвучал неожиданно твёрдо, перекрывая поток воспоминаний о детском мороженом, — по-моему, вы кое-что упустили.
Свекровь медленно повернулась, изобразив искреннее недоумение.
— Что именно? — удивлённо переспросила она.