Она выдержала паузу и всё с той же натянутой улыбкой продолжила:
— В эту субботу, пожалуйста, не приходите. У нас намечается маленький праздник. Хотим посидеть узким кругом, своими.
Своими.
У меня дома.
Я не стала спорить. Просто кивнула, хотя внутри всё будто сжалось в тугой узел.
А в субботу утром Ольга вдруг остановилась посреди кухни и тихо сказала:
— Марина… Мне нужно тебе кое-что сказать.
Выяснилось, что за пару дней до этого она связалась со своей дочерью Кирой. Та жила как раз в том городе, откуда будто бы приехала Алина. Когда-то Дмитрий, сам того не заметив, обмолвился мне адресом.
Ольга попросила Киру съездить туда и посмотреть, правда ли в квартире делают ремонт.
Я подняла на сестру глаза.
— Кира всё проверила, — продолжила Ольга. — Сходила по адресу. Поговорила с жильцами.
И оказалось странное.
В той квартире уже много лет проживала пожилая женщина, совершенно одна. Никакой Алины она не знала и никогда о ней не слышала. Соседи сказали то же самое.
Кира работала журналисткой, а потому умела докапываться до сути. Если она бралась что-то выяснить, то не ограничивалась одним вопросом у подъезда.
— Понимаешь, — Ольга говорила осторожно, будто боялась меня добить, — похоже, никакой квартиры у Алины и не было. Вся эта история с ремонтом — просто повод. Им нужно было, чтобы ты ушла. И Дмитрий, скорее всего, всё прекрасно понимал с самого начала.
Я молчала.
Теперь отдельные куски вдруг сложились в цельную картину.
Значит, это придумали не вчера.
И даже не несколько недель назад.
Я встала из-за стола, прошла в ванную и умылась ледяной водой. Потом вернулась, взяла сумку и одну за другой положила в неё свои старые записные книжки.
Ольга настороженно спросила:
— Ты куда?
— Наверх.
Сегодня ведь у них праздник.
— Ты уверена?
— Да, — ответила я.
И сама удивилась тому, насколько спокойно и твёрдо прозвучало это короткое слово.
Я посмотрела на сестру:
— Пойдёшь со мной. Будешь свидетелем.
Ольга ничего не сказала. Только сунула ноги в домашние галоши и пошла рядом.
Мы поднялись к моей квартире. Я достала ключ и без шума повернула его в замке.
Из гостиной доносился голос Алины:
— …это наша первая настоящая семейная квартира. Свекровь сама захотела сделать нам такой подарок и переехала к сестре. Всё-таки у нас медовый месяц…
Так вот что они праздновали.
Новоселье.
В этот миг Алина вышла в прихожую и увидела меня. Улыбка тут же сползла с её лица.
— Марина Сергеевна?..
Она будто потеряла дар речи.
— Вы… Но мы же…
Я не стала слушать. Прошла мимо неё, словно её там не было, и направилась прямо в гостиную.
За раздвинутым большим столом сидели гости. Стол ломился от тарелок, салатов и бокалов, будто отмечали важное семейное торжество. Большинство лиц были мне незнакомы.
Во главе сидел Дмитрий в ослепительно белой рубашке. Он как раз поднял рюмку и, видимо, собирался произнести тост.
Увидев меня, сын оцепенел.
Его рука медленно опустилась.
— Мам?.. — выдавил он растерянно. — Мам, ты… что здесь делаешь?
Я не ответила.
Подошла к столу, поставила рядом сумку и неторопливо вынула из неё стопку потрёпанных тетрадей. Аккуратно разложила их перед собой.
В комнате сразу стало тихо.
Кто-то застыл с вилкой на полпути ко рту. Кто-то так и не успел пригубить бокал.
Все взгляды были обращены ко мне.
Я раскрыла верхнюю тетрадь и нашла ту самую страницу, которая была мне нужна.