…к лету Оксана собиралась выносить туда чашку кофе и встречать утро в тишине.
Юлия осторожно опустилась на краешек стула, аккуратно поставив сумочку на колени. Олег тем временем осматривался так, будто пришёл не в чужой дом, а на проверку — взгляд придирчивый, губы поджаты.
— Обои всё те же, — заметил он, кивнув в сторону стены. — Я ведь сам их клеил. Помнишь, у окна шов разошёлся? Криво вышло. Ты тогда сказала — сойдёт.
— Помню, — спокойно ответила Оксана. Ни оправданий, ни тепла — просто констатация.
— И диван этот… — Олег провёл ладонью по подлокотнику. — Я его на себе тащил, потому что лифт не работал. Четвёртый этаж, между прочим. А ты внизу стояла и руководила.
Она действительно помнила тот вечер: его злость на каждом пролёте, мокрую от пота рубашку, и как он, обессилев, рухнул на диван и с гордостью произнёс: «Вот теперь заживём». Тогда ей казалось, что это и есть доказательство семьи — мужчина, который несёт тяжёлое ради общего будущего. Позже выяснилось: он нёс не семью, а мебель. Подменял заботу хозяйственными подвигами, выдавая их за любовь.
— Кран на кухне я тебе чинил трижды, — продолжал Олег, будто зачитывал список заслуг. — Электрику менял. Радиатор в коридоре подключал. А благодарность? Ты хоть раз спасибо сказала?
— Говорила, — коротко ответила Оксана.
— Не припоминаю, — отрезал он.
Он и правда не помнил. В его памяти задерживались только собственные усилия, а не чужие слова.
Юлия украдкой взглянула на Оксану. Похоже, она ожидала увидеть иную картину: запущенную квартиру, хозяйку в старом халате, следы слёз. Вместо этого — чистота, порядок, спокойная женщина в лаконичном тёмном платье и сервированный стол на двоих. Девушка задержала взгляд на тарелках, на свечах.
— Ты кого-то ждёшь? — спросила Юлия, слегка кивнув в сторону стола.
Олег тоже обернулся. Две тарелки, приборы, аккуратно сложенные салфетки. Он замолчал на мгновение, затем усмехнулся:
— Подружку пригласила? Надежду, да? Сядете и будете обсуждать, как всё плохо?
Оксана ничего не ответила. Лишь едва заметная улыбка коснулась её губ.
— Я же предупреждал, — Олег поднялся, засунул руки в карманы. — Без меня ты не вытянeшь. Полгода прошло — и что? Одна. Ни мужа, ни перспектив. А у меня всё отлично. Юлия вот… — он бросил на спутницу взгляд, — молодая, красивая. У нас жизнь только начинается.
Юлия поправила волосы, но больше не смеялась. В её глазах появилось сомнение: бывшая жена вела себя совсем не так, как ожидалось. Ни истерик, ни упрёков, ни попыток выгнать. Спокойствие — вот что сбивало с толку.
В этот момент в прихожей щёлкнул замок.
Олег замер. Юлия вздрогнула и подняла голову. Оксана осталась на месте.
Дверь открылась, послышались шаги и тихий шелест бумажных пакетов. В коридоре появился Тарас.
На нём был графитовый костюм и светлая рубашка без галстука. Он был выше Олега почти на голову. В одной руке — два плотных пакета с логотипом ресторана, в другой — внушительный букет белых и кремовых роз.
Тарас окинул взглядом комнату, задержался на незваных гостях, затем посмотрел на Оксану. Она ответила ему лёгкой, тёплой улыбкой.
— Любимая, я привёз ужин, — произнёс он спокойно. Пакеты аккуратно поставил на пол, снял пиджак и повесил его на крючок. После этого снова взглянул на гостей. — О, у нас компания?
Олег всё ещё стоял посреди комнаты, руки в карманах, но уверенность исчезла. Лицо вытянулось, взгляд метался. Ещё минуту назад он чувствовал себя победителем, теперь же выглядел человеком, ошибшимся дверью.
Оксана подошла к Тарасу, взяла у него букет.
— Познакомьтесь, — сказала она ровно. — Это Тарас. Мой жених.
Сказано было без пафоса, так же просто, как если бы она сообщила о погоде. Тарас бывал здесь регулярно. У него был ключ. Он приезжал по субботам с ужином. Всё естественно.
Тарас сделал шаг вперёд и протянул руку Олегу. Тот машинально ответил на рукопожатие, словно действовал по инерции. Тарас вежливо кивнул Юлии и вновь посмотрел на бывшего мужа.
— Подожди… — он слегка склонил голову. — Это тот самый человек, который уверял тебя, что без него ты пропадёшь?
— Тот самый, — спокойно подтвердила Оксана.
Во взгляде Тараса не было ни насмешки, ни злости — только спокойное недоумение, будто он слушал странную историю с нелепым финалом.
Олег покраснел — румянец поднялся от воротника к щекам и даже ко лбу. Он вытащил руки из карманов, переступил с ноги на ногу, не зная, куда себя деть.
Юлия поднялась. Улыбка исчезла. Она тихо взяла Олега под руку и потянула к выходу. Он послушно пошёл следом. В прихожей они молча обулись. Юлия застегнула куртку и первой шагнула за порог.
Олег задержался на секунду. Обернулся. Оксана стояла рядом с Тарасом, прижимая к груди букет. Их силуэты смотрелись цельно и спокойно.
Он хотел что-то произнести, но слова так и не нашлись. Олег молча переступил через порог и тихо притворил за собой дверь.