Рядом встанет тумба под телевизор — и получится вполне мило, по-домашнему. Зачем тебе, одной женщине, такая большая комната да еще и с балконом? А молодым сейчас каждый метр на счету: им бы обживаться, семью поднимать, будущее устраивать.
— Перегородка между коридором и этой комнатой, кстати, не капитальная, — басом вставил сват Виктор и для убедительности несколько раз постучал костяшками по стене. — По звуку сразу понятно. Уберем ее, поставим аккуратную арку из гипсокартона — выйдет просторная студия для ребят. Я уже с мастером своим переговорил, он по знакомству сделает дешевле, недели за две управится.
Марина тем временем крутилась возле Андрея с раскрытым каталогом в руках, будто они уже стояли не в чужой квартире, а в собственной новостройке перед началом ремонта.
— Андрюша, глянь, какие я дверные ручки присмотрела, — нежно пропела она, касаясь ладонью его плеча. — Матовые, с хромированными вставками. Под наши обои будут просто идеально. Мы тут все обновим, станет светло, современно, как в интерьерном журнале.
Андрей неловко покосился на мать и выдавил из себя примирительную улыбку.
— Мам, ну чего ты сразу так в штыки? — пробормотал он. — Тетя Валентина ведь не со зла, она помочь хочет. Материалы они сами привезли, тебе же не придется тратиться на ремонт. Мы же родные люди, семья. Надо поддерживать друг друга, а не каждый сам по себе.
Наталья смотрела на сына, и в груди у нее болезненно сжалось. Слова о семье прозвучали особенно горько. Совсем недавно, каких-то две недели назад, ее скрутил такой приступ радикулита, что она едва не потеряла сознание от боли. Спина будто окаменела, поясницу простреливало так, что она не могла даже приподняться с ковра. Слезы текли сами собой. Телефон оказался рядом с диваном почти чудом, и Наталья, дрожащими пальцами набрав номер Андрея, надеялась лишь на одно: чтобы сын съездил в круглосуточную аптеку за обезболивающими пластырями и уколами.
Но трубку тогда взяла Марина. Наталья, задыхаясь от боли, объяснила, что случилось. В ответ невестка раздраженно вздохнула и сообщила, что они с Андреем выбирают стиральную машину в торговом центре, им сейчас совершенно некогда отвлекаться. А взрослой женщине, по ее мнению, проще вызвать неотложку или хотя бы спокойно полежать, выпив ромашкового чаю. Андрей в тот день даже не перезвонил. Он набрал мать только к вечеру следующего дня и сухо спросил, отпустила ли поясница. А Наталья до кухни добиралась почти три часа ползком, пока соседка с лестничной площадки случайно не заглянула проведать ее и не сбегала за лекарствами.
И теперь те же самые люди стояли посреди ее квартиры и распоряжались ее комнатами так уверенно, будто хозяйка уже давно лишилась права голоса и превратилась в тень при собственных стенах.
— Пройдемте на кухню, — ровно сказала Наталья, разворачиваясь к гостям спиной. — Разговор у нас будет серьезный, а стоять посреди коридора я не собираюсь.
Валентина торжествующе переглянулась с дочерью. По ее лицу было видно: она решила, что Наталья наконец сдалась под напором и теперь готова обсуждать сроки переезда. Вся компания потянулась за хозяйкой на кухню. Сватья без приглашения уселась во главе стола — именно на то место, где всегда сидела Наталья. Виктор, не задумываясь, бросил свои запыленные рулетки прямо на кружевную льняную салфетку. Марина достала из пакета пачку дешевых вафель из супермаркета и лениво высыпала их на тарелку.
— Вот так-то лучше, — одобрительно закивала Валентина, поправляя пышно уложенные волосы. — Сядем по-семейному, спокойно все обсудим и разложим по полочкам. Мы с Виктором уже каждую мелочь просчитали, чтобы никому обидно не было. Свою халупу на окраине ближе к весне выставим на продажу, деньги положим на вклад. А пока поживем у вас в зале. Молодым с первенцем поможем, за хозяйством присмотрим, тебе супчики будем варить.
— Какая трогательная забота, — Наталья налила себе из чайника кипяток и опустила в чашку пакетик мяты. — А содержать весь этот дружный табор мы, стесняюсь спросить, на какие средства будем?
— Ну у тебя же зарплата нормальная, постоянная, — ничуть не смутившись, пояснила Валентина. — Да и пенсия уже не за горами. Андрей тоже старается, крутится, просто у него сейчас на работе временные перебои с процентами от продаж. Зато посчитай, какая экономия выйдет на аренде. Молодые каждый месяц отдают чужому человеку двенадцать тысяч гривен, а эти деньги могли бы оставаться в семье.
Марина придвинула к себе чашку, сделала маленький глоток и недовольно поморщилась.
— И есть еще один важный вопрос, — сказала она, доставая из сумочки бланк заявления и аккуратно кладя его перед Натальей. — Мне нужна постоянная регистрация в этой квартире. Без нее мне не обойтись.