— Отойдите от неё! — выкрикнул Максим, бросаясь к тёмной куче тел, копошившейся у стены.
— Максим!.. — выдохнула Алина сдавленным, почти сорванным голосом.
— Заткнись, — прошипел один из парней и добавил мерзкую брань. Потом повернул голову к Максиму: — Эй, ты, проходи мимо, куда шёл!
— Пройду, только сначала отпустите девушку, — глухо сказал Максим, сокращая расстояние.
Двое прижимали Алину к стене. Один из них резко обернулся, и в его руке что-то тускло блеснуло. Максим мгновенно понял: нож. Испугаться он не успел — парень уже рванулся на него. Максим в последний миг отскочил в сторону.
Нападавшего по инерции протащило ещё пару шагов вперёд. Он качнулся, но устоял. В ту же секунду сзади чья-то рука обвилась вокруг шеи Максима и с силой сдавила горло. Воздух оборвался. Первый снова кинулся на него с ножом, но Максим, почти не соображая, успел резко выбросить ноги вперёд и ударом оттолкнуть его. Тот хрипло охнул, отлетел назад и рухнул на спину.
Перед глазами поплыла темнота. Дышать было нечем, в висках стучало, будто по черепу били молотком. Ещё несколько секунд — и всё могло закончиться. Но вдруг хватка на шее ослабла. Тот, кто душил Максима, тяжело осел вниз и потянул его за собой на землю.
— Живой? — над ним склонился чей-то мужчина.
Максим попытался ответить, но вместо слов сорвался надсадный кашель. Крик Алины, глухие удары, чья-то возня — всё доходило до него приглушённо, словно через толстый слой ваты. Сердце колотилось так бешено, что отдавалось и в ушах, и в затылке.
— Максим! — Алина опустилась перед ним на корточки.
— Ну что, живой? — снова спросил незнакомец.
— Жи…вой, — с трудом выдавил Максим.
— Тебе больно? — всхлипнула Алина.
— Может, скорую вызвать? — предложил мужчина.
— Спасибо… не надо, — прохрипел Максим.
Когда он наконец сумел подняться и огляделся, во дворе уже никого, кроме него и Алины, не было.
— Они сбежали, — торопливо проговорила она. — Из подъезда мужчина вышел… он их раскидал, как в кино. Прости меня, Максим!
Алина прижалась к нему и разрыдалась.
— Это ты меня прости, что уехал, — сипло сказал он и снова закашлялся. — Пойдём к машине. Вдруг эти ещё вернутся.
Уже в салоне Алина тихо произнесла:
— Я шапку потеряла.
Пальцы у неё дрожали так сильно, что она никак не могла справиться с пуговицами на пальто. Максим заметил разорванную на груди блузку, и внутри у него всё будто вспыхнуло тёмной злостью.
— Алина, ты как? Они… ничего не успели?
Она отчаянно замотала головой и снова заплакала.
Дома Алина первым делом ушла в ванную. Максим тем временем поставил на газ чайник и ходил по кухне, всё ещё чувствуя на горле чужие пальцы.
Когда она вернулась, дрожь уже немного отпустила её. Алина опустилась за стол, а Максим поставил перед ней чашку горячего чая, над которой поднимался пар.
— Может, тебе чего-нибудь покрепче? — осторожно спросил он.
— Не надо, — ответила она и обхватила чашку обеими ладонями. — Я так испугалась…
— Теперь всё закончилось. Пей, согрейся. Прости, что не сразу пошёл за тобой. Я сначала думал, ты выйдешь на дорогу. Ждал. А когда понял, что тебя нет, сразу пошёл искать. Алина, зачем ты вообще вышла из машины? Неужели я настолько тебя задел? А если бы я тоже обиделся и уехал? Они ведь могли тебя изнасиловать. Или убить.
— Ты сам виноват, — всхлипнула она.
— Ну конечно, — мрачно буркнул Максим. — А кто же ещё.
Алина поднялась из-за стола и молча ушла в комнату. Максим посидел один около минуты, потом тяжело выдохнул и отправился следом. Он заглянул в комнату и увидел её там.