— Будьте добры, внесите багаж, — распорядилась Ирина Владимировна так, будто уже стояла в собственных апартаментах. — Чемоданы неподъёмные, а мне врач категорически запретил таскать тяжёлое.
— Добрый день, Ирина Владимировна, — ровно ответила я. — С замком никаких проблем нет. Просто ключ вам дала женщина, которая здесь не проживает и не имеет права распоряжаться этой квартирой.
— Что за нелепость? — возмутилась она и нервно одёрнула на шее дорогой шёлковый платок. — Ольга уверяла, что вы обо всём знаете. У меня режим, мне необходимо немедленно прилечь. И очень надеюсь, что к обеду вы подготовили фермерского кролика. Магазинное мясо мне нельзя.
Как раз в эту секунду лифт негромко звякнул, двери разъехались, и на площадке появилась Ольга Сергеевна собственной персоной. Видимо, она решила лично проследить, чтобы переселение её дорогой подруги прошло без сбоев. Но, заметив, что Ирина Владимировна всё ещё стоит у порога среди чемоданов и прижимает к себе фикус, свекровь моментально налилась краской.
— Марина! — взвилась она. — Что ты за представление устроила? Почему достойная женщина торчит на сквозняке?
— Ольга Сергеевна, между прочим, настоящие хозяева обязаны встречать гостя с почётом и отдавать ему лучшее! — с театральной важностью произнесла Ирина Владимировна, явно почувствовав за спиной надёжное подкрепление.
— Ирина Владимировна, эта квартира моя, — спокойно напомнила я, не убирая вежливой улыбки. — Я вас сюда жить не звала и разрешения на ваше заселение не давала.
— Бесстыжая корыстная нахалка! — сорвалась на визг свекровь.
Она выставила грудь вперёд, как разъярённый городской голубь, готовый сражаться до последнего за засохшую корку хлеба.
Позади меня, в прихожей, стоял Дмитрий. Он не вмешивался, но слушал очень внимательно: его мать с жаром доказывала, что удобство её приятельницы куда важнее спокойствия собственного сына.
— Ольга Сергеевна, не расходуйте силы зря, — сказала я и шагнула чуть ближе к гостье с багажом. — Ирина Владимировна, позвольте задать вам один простой вопрос. Вы ведь самая близкая подруга моей свекрови?
— Конечно! — с достоинством подтвердила она, расправив плечи. — Мы дружим сорок лет!
— Прекрасно. У Ольги Сергеевны просторная трёхкомнатная квартира. В одной комнате она спит, во второй стоит отличный диван для гостей, а третья занята её библиотекой и стопками старых журналов. Так объясните мне, пожалуйста: почему ваша лучшая подруга отправила вас не к себе, в свободную и удобную комнату, а ко мне, в двухкомнатную квартиру, где ради вас пришлось бы переселять мужа на продавленный диван, а мне — обслуживать вас и стирать ваше бельё?
Ирина Владимировна медленно повернула голову к Ольге Сергеевне.