Марина не стала спорить и даже не подняла голос. Она просто открыла лежавшую рядом папку, вынула оттуда несколько распечатанных экземпляров и аккуратно разложила их на кухонном столе.
— Сначала нужно оформить одну формальность, — сказала она ровно. — Подписи поставим, а потом уже поговорим о ключах.
Первым бумагу схватил Артём. Сначала на его лице мелькнуло оживление, будто он ожидал увидеть там что-то символическое. Но по мере чтения выражение менялось: интерес сменился растерянностью, затем лицо вытянулось, и под конец он выглядел так, словно его оглушили.
— Тридцать пять… тысяч? — с трудом произнёс он, уставившись в строку договора.
— И коммунальные платежи отдельно, — спокойно добавила Марина. — По счётчикам и действующим тарифам. Всё прозрачно. Ещё залог за два месяца — семьдесят тысяч. Его нужно внести сразу при подписании.
На кухне стало так тихо, что было слышно, как где-то в раковине капает вода. Но тишина продержалась всего пару секунд — её разорвал резкий возглас Валентины Сергеевны.
— Это что такое?! Ты что тут устроила?! — взвизгнула она, вскакивая со стула. — Какая ещё аренда? Мы тебе кто, чужие люди? Семья же! Совсем совесть потеряла?
Она замахала листом договора перед лицом Марины, будто это была не бумага, а неопровержимое доказательство преступления.
— Да ты жадная! Бессовестная! Крыса самая настоящая!
Дмитрий попытался вмешаться, подняв ладонь:
— Мам, ну хватит, успокойся…
— Ты молчи! — тут же рявкнула на него мать. — Это всё из-за тебя! Женился непонятно на ком! На мошеннице! Она родным людям квартиру пожалела! На своих же нажиться решила!
Артём сидел неподвижно, словно его приклеили к стулу. Вся его надежда осыпалась прямо на глазах. Оксана смотрела на него с усталой, почти жалостливой тоской.
— Марин, мы правда не думали, что ты… — начал он глухо.
— Зато я думала, — мягко, но твёрдо перебила Марина. — У меня на эту квартиру тоже есть планы. Я собиралась сдавать её по нормальной рыночной цене. Для вас, между прочим, сумма ниже. В том районе сейчас просят сорок пять.
Валентина Сергеевна густо покраснела, прижала ладонь к груди и театрально качнулась назад, изображая внезапную слабость. Она уже почти рухнула на стул, когда на плечо Марины легко, будто пушинка, вспрыгнул маленький белый комочек с длинным хвостом и блестящими чёрными глазками.
— Егор, только не сейчас, — невозмутимо произнесла Марина.
Но момент был упущен. Валентина Сергеевна приоткрыла глаза и встретилась взглядом с Егором, который сидел на плече хозяйки тихо, чинно и совершенно мирно.