…и буквально вытолкала его за порог, так что он едва удержался на ногах на лестничной клетке.
Олена, поняв, что всё зашло слишком далеко, подхватила сумку и кинулась следом, осыпая Оксану визгливыми проклятиями.
Дверь захлопнулась с глухим металлическим грохотом. Оксану колотило — адреналин бил в виски, пальцы дрожали, в груди всё ещё пылал гнев.
В квартире повисла оглушительная тишина. Олег неподвижно сидел на диване, будто его пригвоздили к месту.
— Оксана… — выдохнул он потерянно. — Как же так? Это ведь Тарас… Ночь на дворе. Куда они теперь?
Она медленно обернулась. В её глазах не осталось ни тепла, ни сомнений — только холодная решимость.
— Мне плевать, Олег. Слышишь? Совершенно плевать. А ты… ты не мужчина. Ты бесхребетный.
Телефон в её руке коротко пискнул. Уведомление. Оксана взглянула на экран — и вдруг нервно рассмеялась, почти истерично.
— Что случилось? — испуганно спросил Олег, поднимаясь.
— Вот, читай, — она протянула ему телефон. — В чате нашего дома только что написали: «Внимание! В доме №15, третий подъезд, прорвало стояк с кипятком. Воду гнало с пятого этажа до первого. Квартира 45 пострадала сильнее всех — паркет вспучился, всё в воде».
Олег непонимающе моргнул.
— И при чём тут это?
На её губах появилась жёсткая улыбка.
— Квартира 45 — та самая, что купил твой брат. Та, которую он сдал жильцам за безумные деньги. Похоже, либо квартиранты что-то напортачили, либо его «шикарный ремонт» не выдержал старых труб.
Лицо Олега стало мертвенно-бледным.
— Господи… Им же теперь возмещать ущерб соседям снизу… И у себя всё заново делать…
— Именно, — спокойно подтвердила она. — И жильцы, скорее всего, съедут. И ни копейки больше не заплатят.
— Оксана, но им правда некуда идти! — он вскочил, заметался. — Надо их вернуть. Они же прямо за дверью!
Он рванулся к замку, но Оксана шагнула вперёд и упёрлась ладонью ему в грудь.
— Нет, — произнесла она тихо, но так твёрдо, что спорить было невозможно.
— Но это же…
— Олег, — перебила она ледяным голосом, — ты, кажется, забыл важную вещь. Эта квартира куплена на деньги от продажи дома моей бабушки. Да, ты здесь прописан. Но владелица — я.
Он застыл, словно натолкнулся на стеклянную стену.
— Если ты сейчас повернёшь ключ и откроешь дверь, — продолжила Оксана почти шёпотом, от которого становилось не по себе, — выйдешь вместе с ними. И назад уже не зайдёшь. Решай. Либо ты мой муж и уважаешь меня, либо остаёшься вечным кошельком для своего наглого братца.
Снаружи загрохотали удары. Тарас колотил кулаками и кричал:
— Олег! Открой! У нас беда! Ты слышишь? Там катастрофа! Пусти нас!
Олег переводил взгляд с содрогающейся двери на жену. В её глазах стояла ярость и непреклонность. Его плечи поникли. Руки бессильно опустились. Он сделал шаг назад и медленно опустился на диван.
Оксана погасила свет в прихожей и молча ушла в спальню, оставив мужа в темноте — под истошные крики его брата за дверью.