В голосе Максима на мгновение прозвучала холодная, почти металлическая твёрдость, однако он тут же будто спохватился и заставил себя смягчиться.
— Конечно, я понимаю, — произнёс он уже спокойнее и коротко кивнул. — Давай не будем торопиться со свадьбой. Немного подождём.
Потянулись обычные дни. В целом Светлана не могла пожаловаться: ей было тепло, спокойно, ни в чём она не нуждалась. Только вот однообразие постепенно начинало давить. Почти всё время она проводила в доме, и это казалось странным, хотя когда-то она сама мечтала о жизни без вечной гонки за работой, без тревог о деньгах, без необходимости каждый день что-то доказывать. Теперь у неё появилась возможность просто отдыхать и наслаждаться комфортом, но вместе с этим пришло чувство замкнутости.
Особенно её задевало то, что Максим не одобрял её попыток изучать его родной язык и не хотел, чтобы она куда-либо выходила без него. С языком ситуация была для неё даже обидной: она ведь и раньше его знала, просто это был не первый её язык, поэтому говорила она неуверенно и часто ошибалась. Несколько раз Светлана пробовала обращаться к Максиму на нём, но тот сразу мрачнел и просил перейти на английский.
С прогулками всё было не лучше. Ей хотелось самой пройтись по городским улицам, заглянуть в маленькую кофейню, посидеть у окна с чашкой кофе, посмотреть на людей. Она никак не могла понять, почему даже такие простые желания должны согласовываться с ним. И всё же самым неожиданным для неё стало другое: однажды Светлана ясно осознала, что готова стать матерью. Все эти годы она возвращалась мыслями к сыну, которого потеряла из-за врачебной ошибки. Возможно, именно этот страх заставлял её отталкивать мужчин и не подпускать их слишком близко: ей казалось, что боль может повториться.
Но однажды их тихая, выстроенная Максимом «идиллия» дала трещину.
В субботу, ранним утром, в дверь позвонили. На пороге стояла молодая девушка — лет на пять младше Светланы. Максим открыл, увидел гостью и, кажется, хотел тут же захлопнуть дверь, но девушка не позволила. Она вошла почти напором и сразу заговорила — громко, быстро, с явным раздражением. При этом она несколько раз указывала на Светлану. Максим отвечал ей не менее резко и эмоционально.
Светлана пыталась уловить хоть что-нибудь, но они говорили так стремительно, что смысл ускользал. Она растерянно смотрела то на Максима, то на незнакомку, чувствуя себя лишней в разговоре, который явно касался и её тоже. Наконец Максим бросил на Светлану один короткий взгляд, потом второй, резко поднял руку и произнёс:
— Стоп.
Девушка замолчала, хотя по её лицу было видно, что она ещё многое хотела сказать.
Максим повернулся к Светлане и улыбнулся так, словно ничего особенного не произошло.
— Познакомься, это моя дочь, Кристина, — сообщил он почти буднично. — Я давно собирался вас представить друг другу, но всё как-то не получалось. Хорошо, что она сегодня зашла, правда? — Он вопросительно посмотрел на Светлану.
«Да уж, просто замечательно…» — подумала она, но вслух произнесла совсем другое:
— Конечно. Буду рада познакомиться с твоей дочерью.
После этого они сели пить чай. Разговор сделался внешне вежливым и светским: несколько нейтральных фраз, осторожные улыбки, вопросы без настоящего интереса. Кристина вскоре ушла, оставив после себя напряжение, которое невозможно было развеять одним только чаем.
Максим извинился за её резкость и уверенно добавил, что Светлана наверняка понравилась его дочери.
— Вы обязательно найдёте общий язык, — сказал он. Затем немного помолчал и неожиданно спросил: — Ну что, Светлана, ты готова стать моей женой?
Она посмотрела на него внимательно.
— Да, готова. Но у меня есть условие: я хочу, чтобы у нас были дети.
Максим ответил без паузы:
— Хорошо. Я не возражаю.
После этого Светлана передала ему свои документы. Перебирая бумаги, Максим заметил свидетельство о расторжении брака и нахмурился.
— Ты уже была замужем? — спросил он.
— Да, — спокойно подтвердила она.
— Почему вы развелись?
Светлана отвела взгляд.
— Просто… не сошлись характерами.
Говорить правду о причинах развода ей не хотелось. Максим, видимо, понял это и не стал настаивать.
На следующий день они вместе отправились в спортивный клуб. По воскресеньям это стало их привычным ритуалом. Тренировка шла как обычно, но вдруг Максиму позвонили. Он отошёл, коротко поговорил, затем вернулся к Светлане и извинился.
— Мне нужно срочно на работу. Ты закончишь занятия и поедешь домой сама, хорошо?
Он ушёл, оставив её одну впервые за полгода. Светлана даже не сразу поверила, что это действительно произошло. Свобода была такой внезапной, что она растерялась. Потом быстро доделала упражнения и спустилась в спортивное кафе, где заказала зелёный чай.
Но спокойно выпить его ей не дали. Почти сразу к её столику подошла Кристина.
— Привет, — сказала она по-английски и без всякого вступления пристально посмотрела на Светлану. — Слушай, ты ведь ещё молодая. Зачем тебе мой отец?