Она лишь медленно выдохнула и сделала вид, будто не заметила очередной укол в сторону своей работы. Мария не собиралась спорить: она прекрасно понимала, как устроить стол так, чтобы он был и щедрым, и сытным, и при этом выглядел достойно, без деревенской тяжеловесности. В голове уже сам собой выстраивался список блюд: баранья нога, запеченная с чесноком и душистыми травами, несколько непростых салатов без единой капли майонеза, рулетики из баклажанов с ореховой начинкой, сырное ассорти с медом и орехами, а к чаю — воздушный тирамису.
На другой день после смены она заехала в крупный супермаркет. Покупки вышли недешевыми. Хорошее фермерское мясо, хрустящие свежие овощи, приличные сыры, бутылка качественного оливкового масла — все это стоило ощутимо. Мария расплатилась своей картой, уложила тяжелые пакеты в багажник и отправилась домой.
Тамара Павловна поджидала ее почти у самого входа. Она сразу прищурилась, оценивая набитые сумки, будто Мария привезла не продукты, а что-то подозрительное.
— Ну и понабрала, — недовольно пробурчала свекровь, заглянув в один из пакетов. — Это еще что за сорняк? Руккола? Господи, одна горечь. А это? Сыр с плесенью? Мария, ты людей потравить решила? Гости решат, что мы им тухлятину на стол поставили!
— Тамара Павловна, не волнуйтесь, — стараясь говорить ровно, ответила Мария и начала раскладывать покупки. — Это хороший сыр, его подают к вину. Все будет вкусно.
— Посмотрим, посмотрим, — протянула свекровь с явным недоверием. — Я Дмитрию уже сказала: салаты сама сделаю. Оливье большую миску нарежу, селедку под шубой приготовлю. Какой праздник без этого?
Мария застыла, держа в руках кусок мяса.
— Оливье мы готовить не будем, Тамара Павловна, — произнесла она после паузы. — Это слишком тяжелое блюдо, больше для зимнего застолья. Я уже продумала меню. Все должно сочетаться.
— Еще чего! — вспыхнула свекровь и поставила руки в боки. — Что значит “сочетаться”? К Дмитрию мужики придут, водку пить будут. Им закуска нужна, а не твои выкрутасы. Ты со своими ресторанными привычками всю семью разоришь. Я уже и горошек купила, и колбасу докторскую. Значит, оливье будет.
Вечером Мария попробовала поговорить с мужем. Она спокойно объяснила Дмитрию, что изысканная запеченная баранина и майонезные салаты с дешевой колбасой рядом будут выглядеть нелепо. Особенно если за столом окажется начальство. Это просто дурной вкус.
Дмитрий только устало махнул рукой.
— Маш, ну зачем опять начинаешь? Пусть мама сделает свой салат. Тебе же легче будет. Поставим где-нибудь с краю, кому надо — тот возьмет. Вы что кухню делите, как будто это спорная территория?
Пятница с самого утра закрутилась в хлопотах. Мария взяла отгул, чтобы без спешки заняться подготовкой. Баранья нога уже мариновалась в холодильнике, наполняя его тонким запахом розмарина и чеснока. Мария надела любимый плотный фартук, включила негромкую музыку и принялась за дело. На кухне она чувствовала себя уверенно, почти свободно. Нож в ее руках двигался быстро и точно, овощи ложились ровными ломтиками, соусы взбивались до нужной текстуры, каждый шаг был продуман заранее.
Ближе к полудню на кухню величественно вошла Тамара Павловна. На ней болтался старый выцветший халат в мелкий цветочек. Не говоря ни слова, она вытащила огромную кастрюлю, с грохотом поставила ее на плиту и начала варить картошку в кожуре, морковь и яйца. От клубов пара в помещении сразу стало душно и влажно. Мария молча приоткрыла окно.
— Не устраивай мне тут холод, — тут же приказала свекровь. — По полу тянет.
— Мне жарко, Тамара Павловна. Духовка работает.
— Потерпишь.
Следующие три часа превратились для Марии в настоящее испытание. Свекровь постоянно оказывалась не там, где нужно: мешалась под ногами, перекладывала разделочные доски, переставляла миски и не упускала случая прокомментировать любое движение.
— Почему баклажаны не вымачивала? Горчить же будут! Кто так режет? Надо кубиками, а не этой соломой! И зачем ты лимон выжимаешь? Уксус нужен, уксус!
Мария молчала и сжимала зубы. Она заставляла себя дышать глубже и ровнее. Гости должны были прийти к семи. В пять позвонил Дмитрий и довольным голосом сообщил, что они выезжают из офиса пораньше, поэтому будут примерно через час.
Мария стала работать быстрее. Она достала из духовки противень с мясом. Корочка получилась именно такой, как надо: золотистой, плотной, аппетитно хрустящей. По кухне разлился густой аромат запеченной баранины с травами, и даже Тамара Павловна на мгновение притихла. Мария аккуратно переложила мясо на большое красивое блюдо, чтобы оно немного постояло перед нарезкой, и повернулась к раковине — нужно было быстро ополоснуть руки.
И тут за ее спиной послышался странный, вязкий звук. Мария резко обернулась.
Тамара Павловна склонилась над безупречной бараньей ногой, держа в руках банку самого дешевого провансальского майонеза. Из горлышка банки на румяную корочку щедро вываливалась белая жирная масса. В другой руке свекровь уже держала ложку, явно собираясь размазать все это по мясу.
— Что вы делаете?! — голос Марии сорвался. Она кинулась к столу и вырвала банку из рук Тамары Павловны.
— Да сухое у тебя мясо получилось, я же вижу, — совершенно спокойно заявила свекровь, ничуть не смутившись. — Надо майонезиком промазать, чтобы пропиталось. И чесночка сверху выдавить, а то совсем пресно будет.
Мария смотрела на блюдо, которое еще минуту назад было почти идеальным. Белые пятна майонеза быстро таяли на горячей поверхности, расползались прозрачными жирными лужицами, размягчали хрустящую корочку и перебивали тонкий вкус маринада, над которым она работала с самого утра.
Внутри у нее будто что-то оборвалось, а где-то глубоко натянулась до предела тонкая, звенящая струна.