Теперь на балконе вместо свалки стояли аккуратный столик и два складных стула. Летом Ярина собиралась завтракать именно здесь, на свежем воздухе.
Алина опустилась на край стула, устроив сумочку на коленях. Александр тем временем оглядывал комнату так, словно пришёл с проверкой и уже обнаружил нарушения.
– Обои всё те же, – произнёс он. – Я ведь их клеил, помнишь? У окна стык вышел неровный, но ты тогда сказала, что сойдёт.
– Помню, – спокойно отозвалась Ярина. Голос звучал ровно, без напряжения.
– А диван? – Александр провёл рукой по подлокотнику. – Тот самый. Я его из магазина на себе тащил, лифт тогда не работал. Четвёртый этаж. А ты стояла внизу и командовала.
Ярина слегка склонила голову. Тот день она помнила отчётливо: как Александр обливался потом, ворчал на каждом пролёте, а потом, рухнув на диван, выдохнул: «Вот теперь живём». Тогда ей показалось, что именно так и начинается настоящая семья — когда мужчина тащит диван на четвёртый этаж и говорит «живём». Позже выяснилось, что это были всего лишь предметы: диван, обои, кран на кухне. Обычный быт, который он выдавал за любовь.
– Я тебе кран три раза чинил, – не унимался бывший муж. – Проводку поменял. Батарею в коридоре подключил. А ты хоть раз спасибо сказала?
– Говорила, – тихо ответила Ярина.
– Не помню.
Он действительно не помнил. Александр всегда держал в памяти только собственные подвиги, а чужие слова будто стирались сами собой.
Алина бросила на Ярину косой взгляд. Она явно рассчитывала увидеть совсем другую картину: женщину в выцветшем халате, с заплаканными глазами и горой немытой посуды.
Вместо этого перед ней была чистая квартира, аккуратная хозяйка в простом тёмном платье и стол, сервированный на двоих. Алина перевела взгляд с тарелок на Ярину.
– У тебя гости намечаются? – спросила она, кивнув на стол.
Александр тоже заметил сервировку: две тарелки, приборы, свечи. Он замолчал на мгновение, затем усмехнулся.
– Подружку ждёшь? – с иронией бросил он. – Любу, наверное? Сядете вдвоём, будете жаловаться на жизнь?
Ярина ничего не ответила, лишь едва заметно дрогнули уголки её губ.
– Я же говорил, – Александр поднялся с подлокотника и засунул руки в карманы, – без меня ты пропадёшь. Вот и доказательство. Полгода прошло — одна, без мужика, без перспектив. А у меня всё отлично. Алина вот, – он кивнул в сторону девушки, – молодая, красивая. У нас всё только начинается.
Алина поправила волосы, но уже без прежнего хихиканья. Она смотрела на Ярину и, похоже, начинала понимать, что сценарий рушится. Бывшая жена не устраивала сцен, не плакала и не выгоняла их. Она просто стояла и слушала.
В прихожей щёлкнул замок.
Александр осёкся. Алина подняла голову. Ярина осталась на месте.
Дверь распахнулась. Послышались шаги, шуршание пакетов, и в коридоре появился Богдан.
На нём был тёмно-серый костюм и светлая рубашка без галстука. Он был на голову выше Александра. В правой руке — два больших бумажных пакета с логотипом ресторана, в левой — огромный букет белых и кремовых роз.
Богдан окинул взглядом комнату, заметил Александра с Алиной, затем посмотрел на Ярину. Она ответила ему лёгкой улыбкой.
– Солнце, я привёз ужин, – спокойно сказал он. Поставил пакеты на пол, не спеша повесил пиджак на вешалку. После этого перевёл взгляд на незваных гостей. – О, у нас компания?
Александр стоял посреди комнаты, всё ещё держа руки в карманах. Он словно прирос к месту. Лицо вытянулось, глаза заметались. Ещё минуту назад он чувствовал себя хозяином положения, а теперь выглядел так, будто по ошибке зашёл не в тот кабинет.
Ярина подошла к Богдану и приняла у него букет.
– Познакомься, – произнесла она. – Это Богдан. Мой жених.
Сказано было так буднично, словно речь шла о чём-то совершенно естественном. Богдан приходит сюда каждую субботу. У него есть ключи. Он приносит ужин. Всё просто.
Богдан сделал шаг вперёд и протянул Александру руку. Тот автоматически пожал её, не проронив ни слова. Жених кивнул Алине и снова взглянул на Александра.
– Подожди, – чуть наклонив голову, произнёс Богдан. – Это тот самый, который уверял, что ты без него пропадёшь?
– Тот самый, – подтвердила Ярина.
Богдан посмотрел на Александра без насмешки и без злобы — скорее с лёгким недоумением, как смотрят на человека, который долго что-то доказывал, а в итоге сам запутался.
Александр покраснел до ушей. Румянец стремительно поднялся от шеи к щекам и лбу. Он вытащил руки из карманов, не зная, куда их пристроить, переступил с ноги на ногу.
Алина поднялась. Улыбка исчезла окончательно. Она взяла Александра под локоть и мягко, без слов, повела к двери. Он подчинился, не оглядываясь. В прихожей они молча обулись. Алина застегнула куртку и вышла первой.
Александр задержался на пороге, обернулся. Ярина стояла с букетом в руках рядом с Богданом. Он хотел что-то сказать, но так и не решился. Перешагнул через порог и закрыл за собой дверь.
Замок щёлкнул.