— Юлия, а зачем нам вообще метаться по объявлениям, если у твоих родителей есть две квартиры?
Я даже не сразу уловила, куда он ведёт.
— В каком смысле?
— В прямом. Попросим у них двушку на Молодёжной. Район удобный, метро рядом, места больше, чем здесь.
— А люди, которые там живут, по-твоему, куда должны деться?
— Найдут другое жильё. Они же не навечно туда въехали.
— Дмитрий, мои родители получают за эту квартиру деньги.
— И что теперь? Они без этих денег не проживут?
Его тон мне резко не понравился, но раздувать скандал я не хотела.
— Давай не будем решать за других, как им распоряжаться их собственностью.
Дмитрий обиделся. Следующие два дня он говорил со мной только о самом необходимом: что купить, когда оплатить коммуналку, во сколько вернётся. А потом вдруг словно оттаял и заявил, что пока можно оставить всё как есть.
Я тогда решила, что неприятный разговор закрыт.
Но примерно через неделю он как бы между прочим попросил у меня телефон жильцов с Молодёжной.
— Зачем тебе их номер?
— У коллеги с работы проблема, квартиру ищет. Хотел спросить, вдруг они собираются съезжать.
— Тогда позвони папе. Он занимается всеми вопросами по этой квартире.
Дмитрий только пожал плечами и больше к теме не возвращался.
Теперь-то я понимаю: именно с того момента он начал действовать у меня за спиной.
В день, когда свекровь явилась к моим родителям, я была на работе. Мама позвонила ближе к обеду, голос у неё был такой, что я сразу напряглась.
— Юля, приезжай, пожалуйста, срочно. У нас тут происходит такое, что я даже не знаю, как тебе объяснить.
Когда я вошла в родительскую квартиру, Наталья Викторовна уже сидела на кухне. Перед ней лежал распечатанный текст объявления о сдаче той самой двухкомнатной квартиры, а рядом был раскрыт блокнот с какими-то подсчётами.
— Наконец-то ты приехала! — заявила она, будто ждала меня на деловую встречу. — Сейчас всё нормально обсудим.
— Что именно?
— Ваш переезд, конечно.
— Какой ещё переезд?
— Юлия, не надо делать вид, что ты ничего не знаешь. Дмитрий мне всё рассказал. Вы переедете на Молодёжную, а сумму, которую сейчас отдаёте чужим людям за аренду, будете откладывать.
— Кто дал вам право звонить квартирантам моих родителей?
Свекровь на секунду застыла, словно не ожидала такого вопроса.
— А что я такого сделала? Я просто заранее поставила людей в известность.
— Вы сообщили им, что они должны освободить квартиру!
— Ну да. А надо было молчать до последнего дня?
Мама сидела рядом и не вмешивалась, но по её лицу было видно: она держится из последних сил.
— Наталья Викторовна, — произнесла я как можно спокойнее, — вы вообще понимаете, что эта квартира не ваша?
— Не нужно объяснять мне элементарные вещи! — вспыхнула она. — Я стараюсь ради вашего же будущего!
— Дмитрий знает, что вы пришли сюда?
— Разумеется. Мы с ним всё обсудили.
Я достала телефон и сразу набрала мужа.
— Дмитрий, твоя мама сейчас у моих родителей. Ты об этом знаешь?
На том конце повисла пауза.
— Ну знаю. И что?
— Она требует выселить жильцов с Молодёжной.
— Юля, давай только без истерик. Мы же собирались туда переехать.
— Мы не собирались. Ты сам это придумал.
— Это ты не хотела. А я хотел. Мама просто решила помочь.
Я молча сбросила вызов.
Наталья Викторовна посмотрела на меня с таким выражением, будто только что одержала победу.
— Вот видишь? Мужчина думает о семье, хочет её обеспечить, а ты только вставляешь палки в колёса.
Папа, который до этого не произнёс ни слова, вдруг спокойно спросил:
— Наталья Викторовна, а почему вы не поселите сына у себя?
— Простите?
— У вас ведь тоже двухкомнатная квартира. Вы живёте одна. Молодые могли бы временно занять вторую комнату, экономить и откладывать деньги.
Свекровь покраснела.
— Я в своём возрасте не собираюсь жить под одной крышей с чужими людьми!
— Дмитрий вам не чужой.
— Зато Юлия мне не дочь!
Папа чуть кивнул.
— Понятно. То есть вы не готовы пустить к себе мою дочь, но считаете, что мы обязаны отдать вашу семью в нашу квартиру.
— Не переворачивайте мои слова!
— Я ничего не переворачиваю. Вы пришли в чужой дом и потребовали, чтобы мы отказались от дохода. При этом сами даже свободную комнату предоставить не хотите.
Наталья Викторовна резко поднялась из-за стола.
— Хорошо! Раз вы такие принципиальные, потом не плачьте, если ваша дочь останется без мужа!
Она схватила сумку и направилась к двери. Уже в прихожей обернулась и добавила:
— И ещё запомните: Дмитрий тоже вкладывался в эту квартиру. Так что не думайте, что сможете просто так нас оттуда вычеркнуть!
Мы с родителями переглянулись.
— Какие именно деньги? — спросил папа.
Но свекровь уже хлопнула входной дверью.
Вечером Дмитрий вернулся домой мрачный и злой.
— Ну что, довольна? Добилась своего? У мамы теперь давление подскочило!
— Дмитрий, объясни мне, какие деньги ты вложил в квартиру моих родителей?
Он остановился посреди комнаты.
— Какие деньги?
— Твоя мама сказала, что ты тратился на ремонт квартиры на Молодёжной.
— А, это… Там же ремонт делали.
— Какой ремонт?
— Я твоему отцу помогал.
Я отлично помнила тот ремонт. Два года назад родители меняли сантехнику и переклеивали обои. Дмитрий действительно один раз приехал помочь папе занести ванну. После этого мама ещё накрыла стол, а отец в благодарность подарил ему хороший набор инструментов.
— Ты сейчас про тот день, когда помог занести ванну?
— Не только. Я ещё покупал материалы.
— Какие материалы?
— Юля, ты мне не веришь?
— Покажи чеки.
Дмитрий достал телефон и начал нервно листать что-то в галерее. Через несколько минут он переслал мне три фотографии. На первой был чек из строительного магазина на десять тысяч восемьсот гривен, на второй — квитанция за доставку, на третьей — перечень стройматериалов.
— Вот, смотри. Почти шестнадцать тысяч гривен ушло.
Я открыла первый снимок и увеличила дату.
Покупка была оформлена в прошлый четверг.
— Дмитрий, ремонт у родителей был два года назад.
Он сразу замолчал.
— Я потом докупал кое-что.
— Что именно ты докупал?
— Да какая разница?
Я внимательно посмотрела на список. Там значились краска, ламинат, плинтусы и дверная фурнитура.
— Куда ты всё это отвёз?
— На склад.
— На какой склад?
Он со злостью швырнул телефон на диван.
— Всё, хватит! Я не собираюсь перед тобой отчитываться за каждую гривну!