Я тогда попросила Богдана — пусть кремируют меня. Пусть прах мой станет частью этой земли. Пусть сольётся с деревом, которое я сама посадила.
А яблоки — мои яблоки — пусть возвращаются ко мне. С каждым сентябрём. Не выбрасывайте их, не продавайте, даже не ешьте. Пусть падают на землю и растворяются в ней. Пусть питают корни, чтобы я могла продолжать жить через них.
Так я останусь рядом с вами. Всегда. Пока живо это дерево.
Дмитрий, ты был ещё совсем ребёнком, когда я писала эти строки. Тебе было девять лет. Возможно, ты уже и не помнишь моего голоса… Но знай: я любила тебя всегда. Каждый день своей жизни. И буду любить вечно.
Стань хорошим человеком. Заботься о Богдане. Он сильный, но закрытый в себе человек. Ему будет трудно одному.
Мария».
Дмитрий дочитал письмо и сначала даже не осознал своих ощущений — только потом понял: по щекам текли слёзы. Он не мог их остановить — они лились сами собой. Это удивляло: он ведь не плакал уже лет десять, а может и больше… Даже на похоронах матери остался сухим – будто окаменел тогда от непонимания происходящего.
А сейчас словно прорвало плотину внутри него. Он перечитывал последние строчки снова и снова, а слёзы капали на бумагу; он вытирал их рукавом, но они появлялись вновь.
«Заботься о Богдане… Он сильный, но закрытый».
Она всё знала заранее… Даже умирая думала не о себе – только о них двоих: как они справятся без неё? Как Богдан замкнётся? Как сын ничего не поймёт?
И она оказалась права во всём.
Он поднял взгляд и посмотрел на отца.
Тот сидел неподвижно – лицо словно высечено из камня.
– Ты закапывал яблоки? – спросил Дмитрий хриплым голосом.
– Да…
– Пятнадцать лет подряд? Каждую осень?
– Она просила…
Дмитрий перевёл взгляд на шкатулку с полотняным мешочком внутри. Он уже знал, что там лежит – спрашивать было ни к чему.
– Это?..
– Остаток… Большую часть закопал тогда же… А это оставил тебе… Она хотела, чтобы ты узнал об этом сам – когда повзрослеешь…
Дмитрий сжал мешочек в ладони – он был почти невесомым.
– Почему ты раньше ничего не сказал?
Богдан долго молчал – тишина длилась почти минуту… Потом тихо произнёс:
– Не мог… Не находил слов…
И Дмитрий понял наконец: отец вовсе не был странным или чудаковатым человеком… И замкнутость его была вовсе не природной чертой…
Он просто любил… Но никогда не умел говорить об этом словами…
Пятнадцать лет подряд он выходил к яблоне… собирал опавшие плоды… закапывал их в землю… возвращал жену туда же… Молча — потому что по-другому просто не умел…
А сын смотрел со стороны и ничего не понимал… Думал: странность какая-то… возрастное… или просто привычка…
Но правда была совсем другой…
***
Дмитрий поднялся на ноги — колени дрожали от эмоций; он опёрся ладонью о ствол дерева… Кора под пальцами была шероховатой…
Мама всё это время была здесь… В корнях дерева… В его ветках и листьях… В каждом упавшем плоде…
Он прижался щекой к стволу и закрыл глаза…
— Привет, мам…
Листва чуть шелохнулась от ветра… Рядом мягко упало яблоко — почти неслышно…
Дмитрий поднял его с земли — жёлтое с красноватым бочком… Такое же точно было в детстве…
— Можно попробовать? — спросил он негромко.
Богдан подошёл ближе и стал рядом:
— Конечно можно… Она бы разрешила…
Дмитрий надкусил плод — вкус оказался таким же знакомым: сладкий с лёгкой кислинкой, хрустящий до звона зубов… Он ел и плакал одновременно — но теперь это казалось естественным…
— Она была хорошей женщиной… лучшей из всех… — сказал отец тихо.— Я так толком ей этого никогда и не сказал… Теперь жалею…
— Она знала…
— Может быть… Но всё равно надо было говорить вслух…
Они стояли рядом под старой яблоней среди сгущающихся сумерек осени – впервые за много лет Дмитрий чувствовал себя дома…
— Пап?
— Что?
— Спасибо тебе…
Богдан положил руку ему на плечо – жест редкий для него; Дмитрий даже вспомнить такого момента раньше не мог…
— Она тебя очень любила,— сказал отец.— Когда узнала диагноз – первое её слово было про тебя: как Дмитрий без неё будет? Не про себя думала тогда – про тебя одного…
— Я знаю теперь… Знаю точно…
Они вернулись к лавке у дома и присели рядом друг с другом; вечер стремительно переходил в ночь – осень брала своё быстро…
После долгого молчания Богдан произнёс:
— Яблоня старая уже стала… Скоро засохнет наверное… Лет пять ещё протянет максимум…
Дмитрий посмотрел на дерево сквозь сгущающуюся темноту – оно казалось огромным силуэтом среди сада; раскидистое как великан из сказки…
— А потом что будет?
— Мария просила: если дерево состарится окончательно – посадить новое от него же… черенок взять…
— У тебя есть такой?
Отец кивнул:
— Вырастил три года назад… стоит в сарае до сих пор…
Дмитрий повернулся к нему:
— Покажи мне его!
Они направились к сараю; Богдан включил тусклый светильник под потолком… В углу стоял большой горшок с молодым деревцем внутри — тонким стеблем со светлыми листочками наверху…
— Это от неё?..
— Да… Черенок взял с нижней ветки той самой яблони… Прижился хорошо…
Дмитрий присел перед горшком; внимательно разглядел каждую деталь растения: нежные зелёные листья дрожали слегка от сквозняка; тонкий ствол был толщиной всего лишь с мизинец руки…
— Когда хотел посадить?
— Весной планировал вроде бы…
– Давай сейчас!
Богдан удивился:
– Уже ночь ведь!
– Ничего страшного! Земля мягкая пока! Луна светит! Посадим вместе!
Отец немного помолчал прежде чем ответить:
– Мария бы так поступила тоже… Ждать бы точно не стала…
Они вынесли деревце во двор; Богдан взял лопату, а Дмитрий нёс горшок аккуратно перед собой; выбрали место недалеко от старой яблони — чтобы корни друг другу мешать не начали со временем;
Копали по очереди; яма получилась ровной и глубокой достаточно;
Богдан достал черенок из горшка осторожно расправляя корешки;
– Держи его ровно!
Дмитрий принял деревце обеими руками — оно оказалось лёгким как тот самый мешочек со шкатулки;
Отец засыпал яму землёй аккуратно утрамбовывая ногами сверху;
Потом принёс воды из бочки во дворе и полил новосадку щедро;
Саженец стоял прямо посреди свежей почвы — тонкий ещё — но живой;
– Вырастет! — сказал отец уверенно
– Обязательно вырастет! — откликнулся сын
Оба смотрели молча на молодое деревце
Старая яблоня шелестела листвой рядом
Ветер стих окончательно
Наступила тишина
– Теперь она будет жить сразу в двух деревьях,— проговорил Дмитрий задумчиво
– В трёх,— поправил его отец
– В трёх?..
Богдан указал рукой вдаль:
– Там ещё один черенок растёт уже пятый год как посадил сам тогда … Сейчас уже метра два высотой …
Дмитрий пригляделся сквозь темноту сада … И вправду … У забора виднелось молодое дерево …
– Почему ты мне ничего об этом раньше не говорил?..
– Ты ведь никогда сам об этом даже не спрашивал …
Это была правда … Дмитрий приезжал редко … Уходил быстро … Почти ничего вокруг себя здесь больше давно уже не замечал …
–– Пап?..
–– Что такое?..
–– Я буду приезжать чаще теперь …
Богдан кивнул головой … Улыбаться он умел редко … Но выражение лица стало другим … Мягче …
–– Мария бы этому очень обрадовалась …