— …я столкнулась почти с тем же самым. И тогда промолчала. С тех пор прошло больше двадцати лет, а я до сих пор вспоминаю это как ошибку.
— И что вы собираетесь делать сейчас? — тихо спросила Марина.
— Попробую наконец поступить так, как должна была тогда.
В пятницу с утра Руденко появился в лаборатории с привычно уверенным видом, будто разговор уже был решён в его пользу. Марина сидела за рабочим компьютером. Рядом, в кресле у стола, находилась Наталья Юрьевна Орехова. Перед ней была раскрыта тетрадь с записями.
— Доброе утро, коллеги, — произнёс он, немного замедлив шаг.
— Андрей Павлович, — ровным, холодным голосом сказала заведующая. — Садитесь. Нам необходимо обсудить авторство статьи.
— Да, конечно. Мы с Мариной уже всё согласовали…
— Не совсем так, — перебила Наталья Юрьевна. — Марина передала мне полную последовательность работы: записи, черновики, файлы, даты правок. Методика была создана ею ещё в январе. Ваш вклад, насколько я вижу, ограничился формулировкой общей задачи.
— Я был её руководителем!
— Руководить — не значит становиться соавтором автоматически. Обсуждение сроков и общие замечания не дают права ставить своё имя первым.
Лицо Руденко заметно посветлело.
— Наталья Юрьевна, вы понимаете, как это будет выглядеть? Она только начинает, у неё ещё всё впереди. А мне эта публикация нужна для грантовой заявки.
— В таком случае подготовьте другую работу, — спокойно ответила она. — А эту статью следует отправить в журнал в корректном виде: автор — Жукова М. А., научный руководитель Руденко А. П. указан в благодарностях.
— Это просто возмутительно.
— Нет, Андрей Павлович. Это честно.
Он резко поднялся, несколько секунд стоял у стола, будто подбирал фразу, которая могла бы всё изменить. Но так ничего и не сказал. Развернулся, вышел из лаборатории и с силой захлопнул дверь.
Марина только тогда поняла, что почти не дышала. Она медленно выдохнула и спрятала дрожащие пальцы под стол.
— Спасибо вам, — произнесла она едва слышно.
— Не мне, — ответила Наталья Юрьевна. — Себе. Вы сделали то, на что у меня когда-то не хватило смелости.
Спустя месяц пришло письмо: статью приняли в международный журнал. Когда Марина получила распечатку титульной страницы, она долго не могла отвести взгляд. На белом листе чётко было напечатано: «Жукова М. А.».
На другой день в университетском коридоре её догнал Руденко. Выглядел он усталым, осунувшимся и как будто постаревшим за эти недели.
— Марина Андреевна, — начал он после паузы, — я хотел сказать… вы поступили смело.
— Спасибо.
— Метод действительно сильный. Я не должен был вести себя таким образом.
— Я это знаю, — спокойно сказала она.
Он кивнул, принимая её ответ.
— Если вам понадобится рекомендация в аспирантуру, можете обратиться ко мне. Без каких-либо условий.
Марина внимательно посмотрела на него и коротко кивнула:
— Я подумаю.
Вечером, когда она вышла из корпуса, у входа стоял высокий парень с рюкзаком за плечом.
— Держи, — сказал Денис и протянул ей небольшой букет ромашек. — За храбрость.
— Откуда ты уже знаешь?
— Марина, об этом говорит весь факультет. Слухи у нас передвигаются быстрее света.
Она рассмеялась. Дождь к тому времени закончился, и над мокрой крышей университета бледной дугой висела радуга.
Конец.