Утром Екатерина созвала нас к матери — как она выразилась, для «финального согласования расходов». На деле всё выглядело как заранее подготовленный суд: она устроилась с блокнотом, будто уже записывала моё поражение, Дмитрий сидел мрачнее тучи, а Людмила Ивановна заняла место во главе стола с таким видом, словно ей вернули трон.
— Ну что, Мариночка, — протянула она сладким, липким голосом. — Сегодня денежку переведёшь? Екатерине уже из ресторана названивают, торопят.
Я не стала спорить. Просто открыла сумку, вынула две распечатки и положила их перед всеми. Бумага скользнула по столу с негромким шорохом, но в этой тишине он прозвучал почти как удар молотка.
— Это ещё что? — настороженно спросила Екатерина.
— Небольшая выставка семейной алчности, — ровно сказала я. — На первом листе — твоя смета из ресторана. На втором — список переводов от родственников. Даты, суммы и назначение платежей. Особенно интересно последнее.
Людмила Ивановна побагровела пятнами, будто её обожгли. Дмитрий нахмурился и потянулся к листам, всё ещё не понимая, куда я веду.
— Твоя мама уже собрала с гостей сто четыре тысячи гривен, — продолжила я тем же спокойным тоном. — И теперь у меня один простой вопрос: почему ледяного лебедя должна оплачивать моя карта, если гости уже скинулись на него под видом “подарков”?
— Это мои деньги! — сорвалась Людмила Ивановна и хлопнула ладонью по столешнице. — Мне их подарили! Я сама решу, куда их тратить! А банкет обязана оплатить семья!
— Мама, ты серьёзно? — Дмитрий наконец сложил всё воедино и заметно побледнел. — Ты взяла у тёти Галины деньги на зубы? И Борису сказала, что собираешь на праздничный стол?
Я подняла телефон.
— Родственники придерживаются другого мнения, Людмила Ивановна. У меня сохранены скриншоты ваших переписок. Люди переводили деньги не “просто так”, а на конкретные цели. И просили передать: если суммы не вернутся, они отнесут переписки и квитанции в полицию. Пусть там уже разбираются, как правильно называется сбор средств на несуществующие телевизоры, путёвки и чужой банкет. Решайте сами.
Воздух в комнате стал тяжёлым, будто окна запаяли изнутри.
— Екатерина, — холодно произнёс Дмитрий, повернувшись к сестре. — Договор с рестораном оформлен на тебя. Моих жену и дочь ты вписала в эту историю без согласия. Если мама деньги не возвращает, платить будешь ты. Из накоплений нашей дочери вы не получите ни гривны.
До Екатерины, кажется, только в этот момент дошло, что вся эта роскошь может лечь именно на неё. На лбу у неё выступили капли пота.
— Мама… — выдавила она охрипшим голосом. — Возвращай деньги. Я не собираюсь брать кредит из-за твоих фантазий.
Она схватила телефон дрожащими пальцами и набрала администратора ресторана. Прямо при нас Екатерина начала резать заказ, пункт за пунктом убирая всё лишнее из этого показного праздника.