— Я тогда учился всего во втором классе, — тихо продолжил Максим. — Ты чем-то очень на неё похожа. Потом отец привёл в дом другую женщину. А когда я получил аттестат, купил мне эту квартиру и фактически отправил жить отдельно. С его новой женой мы так и не нашли общего языка.
Они с Ольгой не устраивали пышной свадьбы — просто сходили в загс и расписались. Однажды мать подстерегла Ольгу возле института. Снова подняла крик, сыпала обидными словами, но Максим встал между ними и не позволил её унижать. После этого она больше не появлялась.
Когда учёба в институте осталась позади, Ольга родила девочку. Максим был против противозачаточных таблеток и даже слышать о них не хотел. Дочери он дал имя София — в память о своей матери.
Ольга ещё долго не могла поверить, что всё это происходит на самом деле. Что у неё есть муж, дом, ребёнок, настоящая семья. Ей всё время чудилось: вот-вот кто-то войдёт, разрушит их счастье и заберёт у неё Максима. Но годы шли, тревоги постепенно отступали, и они жили по-настоящему счастливо. До того страшного дня, когда Максим погиб в автомобильной аварии.
После его смерти краски будто исчезли из мира. Всё стало тусклым, серым, беззвучным. Ольга ходила на работу, готовила, убирала, отвечала на вопросы — но делала всё машинально, словно не жила, а выполняла чей-то чужой распорядок. Почти каждые выходные она ездила на кладбище к мужу и часами сидела у могилы. В своём горе она так глубоко замкнулась, что перестала замечать, как взрослеет дочь.
А София уже училась в выпускном классе. У неё появился парень. Однажды Ольга случайно выглянула в окно и увидела, как у подъезда остановился мотоцикл. София спрыгнула с сиденья, сняла шлем и, смеясь, долго целовалась с молодым человеком.
Ольгу словно окатили холодной водой. Она вдруг поняла, сколько всего пропустила. Ей захотелось немедленно поговорить с дочерью, объяснить, предостеречь: рано ещё так влюбляться, да и мотоцикл — опасная игрушка. Но в памяти всплыло то самое утро первого января, когда мать кричала на неё, осыпала упрёками и ничего не желала слышать. Ольга сжала губы и промолчала.
Позже София сама всё выложила: что влюблена, что он самый лучший, что ему уже двадцать два года…
За что судьба решила снова ударить именно по ней, Ольга не понимала. София вместе со своим парнем и ещё тремя байкерами часто выезжала кататься на окраину города, туда, где машин было меньше. Кому-то эти поездки, видимо, мешали. В один из дней неизвестный натянул поперёк дороги проволоку — низко, на уровне колёс. Из четырёх пар живыми остались только двое: София и ещё один парень. Полиция так и не установила, кто устроил эту жестокую расправу над мотоциклистами.
София выжила, но её тело было изломано: многочисленные переломы, тяжёлая травма позвоночника. Из больницы её выписали в инвалидном кресле.
— Понадобится время, регулярный массаж и лечебные упражнения, — сказал врач на прощание.
— Я не собираюсь всю жизнь сидеть в этом кресле! — рыдала София. — Лучше сразу с балкона броситься!
После выписки она изменилась до неузнаваемости. Стала раздражительной, резкой, могла нагрубить матери, могла со злости швырнуть тарелку в стену.
На работе одна знакомая посоветовала Ольге массажиста. Сказала, что тот буквально поставил её мужа на ноги после инсульта. Ольга уже цеплялась за всё подряд: ходила в храм, ездила к знахаркам, слушала любые советы. Этот массажист стал для неё последней надеждой.
Когда он переступил порог квартиры, Ольга вдруг пожалела, что открыла дверь в старом домашнем халате, с волосами, кое-как скрученными на затылке в нелепый узел. Впервые после гибели Максима она смутилась под мужским взглядом. Артём оказался красивым мужчиной лет тридцати с небольшим. На руках виднелись татуировки, белая футболка плотно обтягивала сильные плечи, натренированные руки и грудь.
Он попросил освободить кухонный стол, накрыл его одеялом и легко, будто София почти ничего не весила, перенёс её туда. Артём стал приходить через день: делал массаж, показывал упражнения, осторожно разрабатывал мышцы. Через какое-то время София начала ощущать пальцы на ногах. Потом смогла вставать — пока ещё только с поддержкой Артёма.
Он уверял, что совсем скоро она не просто пойдёт, а будет бегать. Ольга смотрела на него почти как на спасителя. София снова начала улыбаться, а к его приходу стала причёсываться и выбирать одежду повнимательнее.
Как-то после очередного занятия и долгого массажа дочь уснула от усталости. Ольга на кухне поила Артёма чаем.
— Добавить ещё? — спросила она, поднимаясь к плите за чайником.
В следующую секунду она почувствовала на своих плечах его крепкие ладони.
— Ты вся зажата, — негромко сказал он. — Так нельзя.
Он отвёл её в комнату и велел лечь на массажный стол, который сам же недавно попросил купить. Его руки уверенно и умело разминали напряжённые мышцы спины и плеч. Ольге было одновременно больно и странно приятно.
— Для первого раза хватит, — произнёс Артём, отступая.
Ольга резко поднялась, но в глазах потемнело, и она покачнулась. Но Артём оказался рядом и успел удержать её.