Марина осталась в комнате с врачом без свидетелей.
Сергей Михайлович не стал ходить вокруг да около. Сказал сразу, что времени на долгие ухаживания у него почти нет: его могут вызвать в больницу даже в выходной, а свободные вечера выпадают редко. Но она ему очень понравилась, и он не хотел делать вид, будто пришёл просто из вежливости.
— Вы сейчас… предлагаете мне выйти за вас? — растерянно спросила Марина, невольно отступив на шаг.
— Я не прошу ответа немедленно, — мягко произнёс он. — Подумайте спокойно. Ваша мама немного рассказала мне о том, что с вами случилось… о вашем неудачном романе. Подруга увела у вас молодого человека. Такое, к сожалению, бывает. Если вы скажете, что мне нечего надеяться, я приму это и уйду. Больше не стану появляться в вашей жизни.
В этот момент вернулась мама и позвала их к столу. За чаем разговор уже не продолжался. Сергей Михайлович вскоре попрощался и ушёл, а Марина осталась сидеть с таким чувством, будто внутри всё перевернули и оставили в беспорядке.
— Я всё слышала, — тут же заявила мать, едва за ним закрылась дверь. — Только попробуй отказаться. Хотя бы повстречайся с ним, а там посмотришь. И хватит ждать Игоря. Юлия от него ребёнка ждёт, так что женится он на ней. Я сегодня случайно встретила её мать в магазине, она сама проговорилась.
Этой ночью Марина почти не спала. Плакала до рассвета, уткнувшись лицом в подушку. А на следующий день всё же согласилась увидеться с Сергеем Михайловичем.
Они бродили по улицам, заходили в маленькое кафе, пили кофе и долго разговаривали. С ним было неожиданно легко. Женщины провожали его заинтересованными взглядами, бывшие пациенты узнавали, подходили поздороваться, благодарили. Марине было приятно находиться рядом с ним. Ей даже льстило, что часть этого внимания будто невольно доставалась и ей. Правда, некоторые дамы смотрели на неё с плохо скрытой неприязнью, словно она заняла чужое место.
После своей свадьбы Игорь несколько раз приходил к Марине. Уверял, что совершил страшную ошибку, что с Юлией ему плохо, просил простить его и твердил, будто по-настоящему любит только Марину. В конце концов он предложил ей встречаться тайно. Это прозвучало так унизительно, что прежняя измена показалась почти меньшей обидой. Марина выставила его за дверь и больше слушать не захотела.
Однажды она увидела их на улице. У Юлии уже заметно округлился живот. Она улыбнулась победно, с вызовом, а Игорь сразу отвёл взгляд и сделал вид, что не заметил Марину.
Через месяц Сергей Михайлович сделал ей предложение. Марина согласилась. Он прекрасно понимал, что любви с её стороны пока нет, но не торопил, не требовал и ни в чём не укорял. Поначалу она была рядом с ним словно по обязанности, холодная и скованная. Но время шло, и постепенно Марина отогрелась. С ним рядом было спокойно, надёжно, безопасно.
Они прожили вместе пятнадцать лет. Детей у них так и не появилось. Потом после тяжёлой операции у Сергея Михайловича случился инфаркт — прямо в рабочем кабинете. Когда его нашли, помочь уже было невозможно.
Только после его смерти Марина до конца поняла, каким важным человеком он был в её жизни.
На похороны пришла его бывшая жена с дочерью и почти сразу заговорила о наследстве. Узнав, что завещания Сергей Михайлович не оставил, она объявила, что намерена претендовать на часть квартиры. Коллеги покойного попытались её пристыдить: все знали, что она годами не позволяла ему нормально общаться с дочерью. Но женщина не унималась. Грозила судом, ежедневно звонила Марине, сыпала угрозами и доводила её до изнеможения.
Стук в дверь вырвал Марину из воспоминаний. Сначала ей показалось, что это ветка, сорванная ветром, ударила по стене или крыльцу. Но звук повторился — глухой, настойчивый.
Она подошла к окну и попыталась разглядеть, кто стоит снаружи. Над крыльцом горела лампочка, но снег валил так густо, что за белой пеленой ничего нельзя было разобрать. В дверь постучали снова.
— Кто там? Что вам нужно? — спросила Марина, не открывая.
Притворяться, что дома никого нет, было бессмысленно: в окнах горел свет.
— Откройте, пожалуйста. У меня машина застряла. Вы не подскажете, кто здесь может вытащить? — донёсся с улицы мужской голос.
— Не знаю. Уже поздно. Разве что утром кого-нибудь искать.
— Может, вы пустите меня переждать метель? В машине я до утра замёрзну.
Марина замялась. Она была одна. Впускать незнакомца ночью — безрассудство. Но тут же подумала: Сергей Михайлович на её месте открыл бы дверь без долгих сомнений.
— Пожалуйста, не бойтесь, — снова попросил мужчина. — Я правда только погреться.
И Марина отперла.
В дом вместе с ледяным воздухом и снежной пылью шагнул человек, которого она узнала сразу. Это был Игорь. Постаревший, изменившийся, с чужими складками у рта и усталым взглядом, но всё равно Игорь. А он её, похоже, не узнал. Столько лет минуло, а сердце Марины всё равно дрогнуло — всего на одно короткое мгновение.
— Спасибо вам, — сказал он, стряхивая снег с плеч. — Может, в деревне у кого-нибудь трактор есть? Я заплачу.