Вадим, тяжёлый, рыхлый и будто постоянно обиженный на весь мир, с утра до вечера занимал садовые качели. Он разваливался там с жестянкой пива в руке и включал на телефоне музыку так громко, словно вокруг не было ни соседей, ни хозяйки дома. Два племянника, десяти и двенадцати лет, носились по двору без малейшего тормоза: срывали нежные ветки с молодых персиков, влетали в цветники, топтали рассаду и оставляли после себя разорённые клумбы.
А Татьяна в те дни незаметно для всех превращалась в бесплатную домработницу. Работала она бухгалтером удалённо, поэтому вставала ещё затемно, в шесть утра, чтобы успеть закрыть срочные отчёты и ответить на письма. Но к восьми просыпалась вся шумная компания, и дом сразу наполнялся требованиями, капризами и недовольными голосами.
— Тётя Тань, а блинчики будут? — тянул старший мальчишка, размазывая по свежей скатерти остатки масла.
— Тань, а что это за сыр такой? — наставительно говорила Валерия, сидя на веранде и красив ногти. — Совсем дешёвый какой-то. У Вадима от такого изжога начинается. В следующий раз бери нормальный, подороже.
И всё это звучало в тот момент, когда Татьяна, сорвавшись с рабочего звонка, металась между плитой, раковиной и ноутбуком, пытаясь одновременно не спалить кашу, не пропустить важное сообщение от клиента и не разругаться окончательно.
Еду, разумеется, покупала она. В самом начале отпуска Валерия с торжественным видом сунула сестре две тысячи гривен и сказала: «Это нам на вкусненькое». После этого она, видимо, решила, что полностью закрыла свою часть расходов. То, что этих денег едва хватало на несколько дней, если кормить двух растущих подростков и взрослого мужчину с отменным аппетитом, её совершенно не занимало. Бытовая химия, питьевая вода, электричество, которое счётчик наматывал без остановки из-за кондиционеров, включённых во всех комнатах, — всё это молча оплачивала Татьяна.
К моменту их отъезда в прошлом году она сбросила шесть килограммов, заработала нервное подёргивание века и обнаружила, что Вадим умудрился испортить дорогой садовый гриль. Он пытался разжечь его каким-то нелепым способом, сломал механизм, а потом, как оказалось, просто «забыл» признаться.
— Валерия, — голос Татьяны стал ровным и ледяным. — В этом году я вас принять не смогу. Тем более на всё лето. Мне нужен покой. И я больше не собираюсь снова работать у плиты в три смены.
На другом конце повисла пауза. Такая плотная, что Татьяне даже показалось: сестра от возмущения перестала дышать.
— Это как — не сможешь? — тон Валерии мгновенно изменился, стал высоким, визгливым, обиженным. — Мы уже настроились, между прочим! Вадим на июнь заявление на работе написал. Детям море обещано. Ты что, родную сестру с племянниками фактически на улицу выставишь? У тебя дом огромный, второй этаж пустует! Тебе жалко, что мы там поживём? Мы же не посторонние какие-то, мы свои!
— Свои люди, Валерия, уважают чужой труд и чужое время, — спокойно ответила Татьяна и вдруг почувствовала, как с каждым словом внутри становится свободнее. — Ваш прошлогодний отдых обошёлся мне в приличную сумму и месяц лечения спины. Ни по дому, ни в огороде вы не помогали. Вы приехали не к сестре, а в бесплатную гостиницу. Так вот, в этом году гостиница закрыта.
— Да как у тебя язык повернулся такое сказать?! — взорвалась Валерия. — Я просто не верю! Родная кровь! Люди последним делятся, а ты сидишь одна в своём доме, как сыч, и родным детям куска хлеба пожалела! Тебе самой не стыдно? Да ты вообще…
Дослушивать Татьяна не стала. Она молча положила телефон на стол, даже не отключив вызов. Из динамика ещё долго доносились глухие возмущённые выкрики Валерии — про совесть, семейные обязанности, эгоизм и то, что «нормальные люди так не поступают».
Татьяна тем временем прошла в прихожую, открыла небольшой шкафчик и выдвинула верхний ящик. Оттуда она достала аккуратную пластиковую папку с документами, оформленными всего пару месяцев назад.
Ещё зимой, подсчитывая, во сколько обойдутся ремонт фасада и замена старого забора, Татьяна поняла: в одиночку тащить такие расходы будет слишком тяжело. Тогда соседка, тётя Светлана, подала ей вполне практичную идею. Второй этаж дома имел отдельный вход по наружной лестнице, а две светлые комнаты наверху как раз идеально подходили для того, чтобы сдавать их отдыхающим у моря.
Татьяна подошла к этому не спустя рукава. Она официально оформила деятельность, чтобы спокойно платить налоги и не бояться проверок. Потом пригласила мастеров и поручила им привести обе комнаты в полный порядок.