— Так что выбирайте, кому какое ведро, — закончила я и поставила тару прямо у их ног. — Заготовки, знаете ли, появляются не от красивых разговоров, а от ежедневной работы руками.
Во дворе на несколько секунд стало так тихо, будто даже мухи притихли. Пауза вышла густая, неприятная, тянущаяся.
Оксана Павловна первой сделала шаг назад, почти к самой калитке. На Татьяну Сергеевну она старалась не смотреть.
— Татьяна… выходит, это не ты всё это закрывала? — голос у неё сразу осел, стал растерянным. — А ты ведь рассказывала, что ночами не спишь, у плиты стоишь, банки крутишь…
— Алина, немедленно прекрати этот спектакль! — сорвалась свекровь, окончательно потеряв напускную элегантность. — Мы вообще-то на шашлыки приехали! Я девочкам обещала по две баночки белых грибов дать! Ты с какой стати выставляешь меня на посмешище?!
В этот момент от колодца подошёл Дмитрий. Ладони у него были перепачканы мазутом, зато взгляд оставался ровным и холодным.
— Мам, тебя никто не выставляет, — произнёс он спокойно. — Алина всё правильно сказала. Грибы в погребе действительно есть. Шестьсот гривен за банку: сбор вручную, обработка, специи, продукты. Для твоих подруг — без магазинной накрутки. Нам как раз на новый насос не хватает. Перевести можно Алине на карту.
Женщины молча переглянулись.
Вся эта красивая легенда о щедрых бесплатных угощениях рассыпалась за секунду. На её месте осталось только неловкое понимание: за каждой банкой стоял чужой труд, который почему-то считался ничейным.
— Думаю, мы всё-таки поедем, — холодно сказала Марина Ивановна и первой направилась к машинам. — У Артёма, кажется, сегодня давление поднялось. Татьяна, я тебе потом наберу. Наверное.
Они исчезли так же стремительно, как и ворвались во двор. Татьяна Сергеевна осталась одна посреди участка — оскорблённая, прямая, с лицом человека, у которого отняли корону.
— Вы… вы жестокие! — прошипела она, глядя на нас глазами, полными слёз. — Вы меня перед подругами унизили!
— Нет, Татьяна Сергеевна, — ответила я ровно и подняла тяпку. — Мы просто вернули всё на свои места. Кстати, Дмитрий вчера повесил на погреб новый замок, так что старый ключ можете оставить себе на память. А гостинцы теперь придётся покупать в ближайшем супермаркете. Там, между прочим, как раз скидка на кабачковую икру.
Свекровь резко развернулась и, не сказав ни слова на прощание, зашагала в сторону станции электрички.
По её спине можно было изучать вселенскую обиду, но жалости во мне почему-то не нашлось ни капли.
Дмитрий подошёл сзади, обнял меня за плечи и упёрся подбородком мне в макушку.
— Ну что, наёмная сила, пойдём чай пить? С твоим клубничным вареньем. Тем самым, где витамины, как выяснилось, чудом уцелели.
Я невольно улыбнулась. Над грядками дрожал горячий воздух, от помидорной ботвы тянуло терпким летним запахом, а внутри было спокойно, ясно и удивительно правильно.