— Олен, ты же понимаешь, тебе с этим легче справиться, — произнёс Игорь, захлопывая ноутбук.
Я стояла посреди кухни, сжимая в руках распечатанные предложения от трёх ресторанов. Он уже искал глазами пульт от телевизора.
Легче. Разумеется. У меня всегда всё «проще».
В конце февраля, когда до пятидесятилетия Игоря оставалось ровно три месяца, я вечером уселась за стол и составила подробный план. Прописала, что нужно организовать, в какой последовательности и к каким датам. Банкет, приглашённые, меню, оформление зала, подарок. Пять крупных пунктов, и каждый тянул за собой ещё несколько подпунктов. Я привыкла раскладывать большое на мелкие задачи — так хаос превращается во что-то управляемое.
Игорь в это время листал ленту в телефоне. Я поинтересовалась, хочет ли он участвовать в подготовке. Он даже не поднял глаз: «Ты лучше в этом разбираешься, у тебя к таким вещам талант». Я не стала настаивать. Возможно, он и правда так считает.
Поиски ресторана я начала в начале марта.
Первым был «Якорь» на Ленинском — в зале полумрак и отчётливый запах кухни. Второй вариант, «Панорама», выглядел эффектно, но стоимость на человека заставила меня перечитать цифры дважды. Третий — «Белый зал» на Таганке — понравился интерьером, однако парковки не было, а у Игоря многие гости собирались приехать на машинах. Четвёртое место оказалось слишком тесным — максимум двадцать восемь человек. Пятое подходило по вместимости, но отзывы о кухне настораживали. Шестой ресторан вообще встретил меня закрытыми дверями: ремонт, о котором на сайте ни слова.
Седьмым оказался «Причал» на набережной — и наконец всё совпало. Отдельный зал на сорок восемь мест, достойная кухня, удобная парковка. Администратор Анна подробно показала схему рассадки, предложила варианты меню, даже включила вечернее освещение, чтобы я увидела, как зал выглядит при свечах. Депозит составил восемнадцать тысяч гривен. Я оплатила его своей картой.
Вечером рассказала Игорю. Он спросил только: «От метро далеко?» — «Минут десять пешком». — «Тогда нормально». Вот и весь комментарий к моим поездкам по семи адресам.
Список гостей я формировала почти неделю. Его приходилось переписывать несколько раз: Игорь вспоминал новых людей. «Тарас из отдела — обидится, если не пригласить». «Остап, дядя, сто лет не виделись». «Лилия с мужем нас звали в прошлом году — нужно ответить взаимностью». Каждое добавленное имя означало звонок, уточнение, внесение в таблицу и новый пересчёт мест.
В итоге получилось тридцать четыре человека.
Я обзвонила всех лично. Не ограничилась сообщениями — Игорь сказал, что звонок воспринимается как знак уважения. Тридцать четыре разговора. Его мама, Надежда Степановна, перезванивала трижды: сомневалась, сможет ли приехать — по субботам у неё часто поднимается давление. В итоге решила, что приедет. Остап с Лилией размышляли четыре дня. Коллеги в основном соглашались сразу, лишь один позже отказался, и пришлось выяснять, кого можно пригласить вместо него.
Моя подруга Юлия ответила мгновенно: «Конечно буду. Ты только держись». Я тогда рассмеялась. С чего бы держаться? Это ведь всего лишь праздник. Я ещё не понимала, насколько точно она почувствовала ситуацию.
Оформление я заказала в апреле. Дважды ездила на оптовый склад: сначала выбрать, потом заменить часть шаров на другой размер. Гирлянды, фотозона с цифрой «50», живые цветы для столов. Игорь взглянул на фотографию фотозоны, сказал «красиво» и уточнил, не перебор ли с шарами. Я ответила, что всё гармонично. Он кивнул.
Меню согласовывалось в три шага. Сначала я выбрала базовые позиции. Затем поехала на дегустацию — одна, потому что у Игоря была встреча, которую он «никак не мог перенести». Попробовала шесть блюд, попросила заменить один салат — показался слишком кислым — и уточнила, можно ли добавить грибной крем-суп для гостей, не употребляющих мясо. Разрешили. Финальный вариант мы утвердили по телефону.
Подарок я подбирала почти две недели — большой тур в Карелию на август: три дня в загородном доме с баней и собственным причалом. Читала отзывы, звонила в агентство, уточняла даты, просила изменить маршрут. Стоимость — двадцать пять тысяч гривен. Оплатила снова я: Игорь сказал, что ему сейчас «неудобно снимать средства», пообещал вернуть позже.
В общей сложности с моей карты ушло сорок три тысячи гривен. Плюс шесть суббот, проведённых в разъездах. Плюс вечера: весь март и апрель я после ужина садилась за ноутбук — писала письма, сравнивала предложения, уточняла детали. Он в это время смотрел сериалы или листал новости.
Иногда заглядывал на кухню за водой и спрашивал: «Ну что, продвигается?» Я отвечала: «Да». Он говорил: «Молодец» — и возвращался к экрану.
В конце апреля, в один из таких вечеров, я открыла банковское приложение и создала отдельный счёт. За двадцать три года у меня не было ничего только своего — всё общее, совместное. Счёт я назвала коротко: «Моё». Перевела туда пять тысяч гривен.
Я ещё не могла чётко объяснить, зачем это делаю. Просто возникло желание иметь что-то, принадлежащее исключительно мне.
За пять дней до праздника Игорь позвонил днём.
Я стояла в аптеке, выбирая средство от головной боли — подготовка начала сказываться. Увидела его имя на экране и ответила.
— Слушай, я тут говорил с Русланом. Помнишь, из проекта? Неловко его не пригласить. И Дмитро сказал, что приедет с женой и тестем — я его звал одного, не подумал. Ещё Тарас из соседнего отдела… мы с ним в последнее время общаемся, странно будет не позвать. И Максим написал, что хочет зайти поздравить.
Я вышла на улицу, вдохнула прохладный воздух.
— Сколько всего?
— Ну… Руслан с Соломией — двое. Дмитро с женой и тестем — трое. Тарас — один. Максим — тоже один.
Я быстро пересчитала.
— Игорь, это девять человек.
— Девять… да. Но зал же большой.
— В зале сорок восемь мест. У нас подтверждено тридцать четыре. Формально они поместятся, — я огляделась и опустилась на ближайшую скамейку, понимая, что дальше разговор будет совсем непростым.