Я перевела взгляд с Ирины Николаевны на Андрея.
— И что вам даст это знание?
— Да ничего особенного, — ответила она, будто я задавала странные вопросы. — Просто хочу понять.
— Понять что именно?
Свекровь посмотрела на меня с таким видом, словно это было очевидно любому нормальному человеку.
— Как у тебя там внутри всё расположено.
Андрей тем временем положил ладонь на ручку калитки и дёрнул её на себя.
— Открой, зайдём, на месте разберёмся.
Калитка, разумеется, не открылась.
— Я вас не звала, — спокойно сказала я.
Он убрал руку, но выражение лица у него стало недовольным.
— Господи, да мы же не на неделю. На полчаса заехали.
— С какой целью?
И вот тут случилось то, чего Андрей, по-моему, совсем не ожидал.
Ирина Николаевна резко повернулась к нему и с раздражением произнесла:
— Андрей, я ведь говорила, что надо было всё заранее объяснить. А теперь стоим у забора как непонятно кто.
— Мам, сейчас зайдём и спокойно посмотрим.
— Что именно вы собираетесь смотреть? — уточнила я.
Они оба сразу притихли.
Первой отвела взгляд Ирина Николаевна.
Андрей тяжело выдохнул:
— Мама хотела летом иногда выбираться из города. Я тоже думал, что неплохо бы. Ну, раз у тебя дом почти пустует…
— Что значит «выбираться»?
— Ну пожить время от времени. Не навсегда же.
Сказал он это так буднично, будто речь шла о том, чтобы оставить у меня в сарае старый велосипед на пару дней.
Я даже не сразу смогла подобрать слова.
— То есть вы решили жить в моём доме?
— Никто ничего не решил, — поспешно отозвался Андрей. — Мы просто приехали посмотреть и обсудить.
Ирина Николаевна тут же вставила:
— А что в этом такого страшного? Мы тебе мешать не будем. Дом большой, ты одна. Мне, если что, и маленькой комнатки достаточно.
С этими словами она расстегнула сумку.
Сверху я заметила комнатные тапочки и аккуратно свёрнутое полотенце.
— Вы приехали с вещами?
Она сразу поджала губы, будто я её незаслуженно оскорбила.
— Да какие это вещи? Так, на всякий случай положила. Мы думали сегодня до вечера остаться.
Андрей бросил на мать недовольный взгляд, но было уже поздно: сказанное назад не заберёшь.
— А дальше? — спросила я.
— Что дальше?
— Для чего вам комната?
Ирина Николаевна вздохнула, словно объясняла очевидное непонятливому ребёнку.
— Я же сказала: приезжать иногда. Летом в городе душно, тяжело. Андрей тоже говорил, что по выходным можно будет здесь оставаться.
Я посмотрела на бывшего мужа.
— Ты говорил?
— Я сказал, что, наверное, договоримся.
— Со мной?
— А с кем ещё?
— И когда именно ты собирался договариваться? После того как привёз сюда маму с тапочками?
Андрей начал заметно злиться.
— Ну зачем ты сразу таким тоном? Мы же не переезжаем прямо сейчас.
И как раз в эту секунду Ирина Николаевна вынула из бокового кармана сумки небольшую рулетку.
Я замолчала.
Она, видимо, сама поняла, насколько красноречиво это выглядит, поэтому быстро принялась оправдываться:
— Я только хотела размер комнаты прикинуть. У Андрея есть хорошее раскладное кресло. Почти новое. Если поместится, оно и тебе самой пригодится.
Вот теперь картинка сложилась окончательно.
Они приехали не спрашивать, можно ли иногда заглядывать в гости.
Они уже успели решить, кто где будет ночевать, что сюда привезут и какую мебель поставят.
Развод для них почему-то оставался чем-то вроде пустой формальности.
Андрей снова потянулся к ручке калитки.
— Открой, пожалуйста. Ну что мы через забор разговариваем?
Я сделала пару шагов ближе, но ключ так и остался у меня в кармане.
— Андрей, это мой дом.
— Я в курсе.
— Тогда объясни, почему ты с матерью обсуждаешь, какое кресло сюда привезти.
— Да ничего я не обсуждаю. Просто как вариант сказал.
— Вариант для кого?
— Для гостей.
— Для твоей мамы?
Он на мгновение замолчал.
И этого молчания оказалось вполне достаточно.
Ирина Николаевна недовольно нахмурилась:
— Да какая разница, чей он? Мы же не посторонние люди.
— Мы с Андреем разведены.
— И что теперь? Двенадцать лет вместе прожили, а после развода надо делать вид, будто вы друг друга вообще не знаете?
— Нет. Но это не означает, что вы можете распоряжаться комнатами в моём доме.
Она сжала губы.
— Я ничем не распоряжаюсь.
— Вы только что собирались измерять комнату под кресло.
— Потому что Андрей сказал, что оно тебе тоже пригодится.
Андрей резко вмешался:
— Мам, хватит.
Потом он посмотрел уже на меня.
— Ты опять всё выставляешь так, словно мы приехали отнимать у тебя дом.
— Нет. Если бы вы приехали отнимать дом, разговор был бы совсем другим. Вы приехали решить за меня, кто здесь будет жить. Именно из-за таких вещей мы и развелись.
— Ой, только не начинай.
— Я и не начинала. Это ты приехал и продолжил.
Он отошёл от калитки, провёл ладонью по волосам и шумно выдохнул.
— Ладно. Забудь про эту комнату. Просто впусти нас, покажешь дом.
— Зачем?
— Интересно же.
— Фотографии можешь попросить у общих знакомых. Судя по всему, они знают о моём доме больше, чем я предполагала.
Ирина Николаевна уже даже не пыталась сохранять вежливую улыбку.
— Вот у тебя всегда так. Любой нормальный человек сказал бы: приезжайте, места хватает.
И в этот момент я вдруг вспомнила наш давний разговор про полку в шкафу.
«Тебе что, одной полки жалко?»
Потом всплыл спор об отпуске.
«Мама же вам не помешает».
Следом — ремонт, когда Андрей возмущался так, будто само требование согласовать что-то со мной в нашей квартире было личным оскорблением.