— Доброе утро, — произнесла Оксана, не оборачиваясь к мужу и продолжая колдовать у плиты, где на сковороде шкворчали яйца.
Когда-то ей и в голову не пришло бы, что из-за чьих-то гастрономических пристрастий можно испытывать раздражение. Если бы до свадьбы кто-нибудь спросил её, способна ли она сердиться на человека лишь за то, что тот любит поесть, она бы искренне рассмеялась. Однако жизнь распорядилась иначе. Привычка Ивана каждое утро требовать одно и то же — два яйца, немного подсолнечного масла, щепоть соли и непременно ложку майонеза сверху — за двадцать с лишним лет брака стала действовать ей на нервы. Сегодня особенно. Настолько, что Оксане на мгновение захотелось запустить сковородой прямо в стену.
— Приятного аппетита, — сказала она, обращаясь к мужу, который, как обычно по утрам, был немногословен.
Сковорода, к счастью, отправилась не в полёт, а аккуратно перекочевала на подставку на столе.
Сама Оксана предпочитала начинать день чашкой крепкого кофе и лёгким бутербродом. Готовить же завтраки для сыновей — Ивана и Максима — ей уже почти год как не приходилось: ребята почти одновременно перебрались в общежитие. Конечно, она скучала по ним. Но старалась не показывать этого, прикрываясь показным равнодушием.
— Ты помнишь, что сегодня едем к моим? — спросил Иван, не отрываясь от тарелки.
— Помню, — коротко ответила она.
И вдруг поймала себя на детской мысли: а что, если изобразить недомогание? Как в школе — нагреть градусник и объявить себя больной, лишь бы никуда не идти. Потому что она прекрасно представляла, чем обернётся этот визит.
Со свёкром, Олегом, у неё проблем не возникало. Он был человеком лёгким, с чувством юмора, но при этом умным и наблюдательным. Почти всю жизнь провёл в море, работая на судах, а выйдя на пенсию, неожиданно увлёкся созданием миниатюрных парусников. К каждому празднику — будь то день рождения или Новый год — он радовался очередной модели корабля. Поэтому вопрос с подарками для него никогда не стоял.
А вот о Тетяне, матери мужа, Оксана не могла сказать того же. Характер у неё был непростой, мягко говоря.
— Не понимаю, зачем ей вообще моё мнение, — пробормотала Оксана скорее себе, чем мужу.
— Потому что ты преподавала в художественной школе, — спокойно напомнил Иван. — Она уверена, что у тебя отличный вкус.
— Да уж, — хмыкнула Оксана.
И в голове у неё мелькнула язвительная мысль: будь у неё это самое чувство прекрасного развито по-настоящему, возможно, она бы и замуж вышла иначе.
— Я там всего три месяца проработала, — добавила она.
— Ты дашь мне спокойно позавтракать? — недовольно заметил Иван, одной рукой управляя вилкой, а другой перелистывая газету.
— Прости, — вздохнула Оксана. — Просто я устала. Честно. Мне этот дачный цветник вообще ни к чему. У меня кактус на подоконнике — и того достаточно.
— Мама хочет посоветоваться, — упрямо повторил он.
Оксана тихо усмехнулась. Посоветоваться — это громко сказано. Она могла бы поклясться чем угодно: Тетяна снова намерена разыграть старый сценарий.
Всё упиралось в клумбу, которую свекровь задумала разбить в одном из углов недавно купленного дачного участка. По её словам, это должен быть не просто уголок с цветами, а нечто гораздо более масштабное и продуманное. И именно об этом Оксана невольно продолжала размышлять, понимая, что сегодняшний разговор станет только началом большой истории.