Чаще же Валерия и вовсе делала вид, будто жены отца рядом не существует: разговаривала только с Андреем, будто Наталья была пустым местом. Наталью такое положение вещей, впрочем, не особенно задевало. В чужую семью она силой не лезла, в матери к взрослой девушке не набивалась, но и позволять кому-то пользоваться собой без меры не собиралась.
Дни тянулись один за другим, складывались в недели, а хлопоты вокруг предстоящего торжества постепенно набирали обороты. Потом Наталья вдруг заметила странную перемену: Андрей перестал жаловаться на нехватку денег. Исчезли вздохи, намеки, разговоры о том, как бедной Валерии тяжело. Муж неожиданно повеселел, стал спокойнее и даже по утрам, собираясь на работу, насвистывал себе под нос какие-то бодрые мелодии.
Когда Наталья спросила, откуда все-таки взялись средства на праздник, Андрей только махнул рукой, будто речь шла о сущей мелочи.
— Да разобрались уже, — сказал он нарочито беззаботным тоном. — Кирилл там небольшой кредит оформил, я отпускные добавил, еще кое-где с мужиками подработал. Так что не накручивай себя. Твою драгоценную заначку на крышу никто не трогал. У моей девочки будет нормальная свадьба, как у людей.
Наталья тогда не стала спорить. Только плечами повела. Нашли деньги — значит, нашли. Отпускные, в конце концов, принадлежали ему, и распоряжаться ими Андрей мог по своему усмотрению. Да, они собирались осенью поехать в санаторий, но раз у дочери свадьба, упрекать его за помощь было бы, наверное, нечестно.
Сам праздник оказался куда пышнее, чем Наталья ожидала. Ресторан стоял у живописного озера, зал утопал в живых цветах, на столах не оставалось свободного места от закусок, горячих блюд и дорогих угощений. Гостей веселил популярный в городе ведущий, которого обычно приглашали только на самые богатые мероприятия. А свадебное платье Валерии сверкало так, будто было усыпано тысячами крошечных камней, и выглядело не дешевле хорошей подержанной машины.
Андрей весь вечер держался так, словно именно он был главным героем этого торжества. Расправлял плечи, важно прохаживался между столами, произносил длинные сентиментальные тосты, обнимался с новоиспеченной родней и всем своим видом давал понять: без него такого великолепия бы не случилось. Валерия сияла, охотно поворачивалась к фотографам, принимала поздравления, смеялась — и за весь вечер ни разу не подошла к Наталье.
Наталья сидела за дальним столом, поддерживала вежливую улыбку и остро ощущала себя посторонней на чужом празднике. Она наблюдала, как Андрей щедро сует официантам чаевые, как заказывает дополнительные бутылки, как раздает распоряжения с видом богатого хозяина, и внутри у нее неприятно холодело. Откуда у обычного кладовщика с довольно скромной зарплатой такие деньги? Подработки? Отпускные? Небольшой кредит Кирилла? Все это вместе не покрывало бы и малой части того размаха, который она видела собственными глазами.
Но в тот вечер Наталья промолчала. Не стала устраивать допрос, не стала портить праздник и выяснять отношения при гостях. Свадьба отгремела, букеты увяли, фотографии разлетелись по мессенджерам, а на смену шумному веселью пришли обычные рабочие дни.
Настоящий удар обрушился спустя ровно месяц после торжества.
Это был самый обыкновенный вторник. Наталья вернулась домой после тяжелой смены: ноги ныли, спина тянула, голова гудела от бесконечных накладных, пересчетов и препирательств с поставщиками. Ей хотелось только одного — встать под горячий душ, заварить ромашковый чай и поскорее лечь в постель.
Андрей сидел на кухне за столом. Перед ним лежали какие-то распечатанные листы с таблицами и датами платежей. Как только Наталья вошла, он резко дернулся и попытался прикрыть бумаги газетой. Но сделал это слишком поздно.
— Что это такое? — устало спросила она, кивнув на листы.
Муж заметно растерялся. Взгляд у него заметался по кухне, пальцы нервно заскребли по краю стола. Он почесал затылок, потом попытался изобразить на лице легкую, почти беззаботную улыбку, но вышло жалко.
— Да ерунда, Наташ… Бумаги кое-какие, — пробормотал он. — Слушай, тут такое дело. Нам бы в этом месяце немного бюджет перекинуть. Когда зарплату получишь, переведи мне на карту тысяч шестнадцать гривен, хорошо? Просто у меня образовались небольшие непредвиденные расходы.
Наталья застыла на полпути к холодильнику. Усталость мгновенно отступила, будто ее окатили холодной водой.
— Какие еще шестнадцать тысяч, Андрей? — медленно произнесла она. — Мы же сами решили: моя зарплата в этом месяце идет на стройматериалы для дачи и коммуналку. А живем на твою. Ты сам все расписывал. Что это за непредвиденные расходы?
Андрей тяжело выдохнул. Стало ясно: выкрутиться уже не получится. Он молча убрал газету в сторону, открывая перед ней распечатанный график.
— Понимаешь… — начал он глухо. — Я взял кредит. Потребительский.
На кухне повисла такая тишина, что стало слышно, как над дверью размеренно тикают настенные часы.
— Кредит? — переспросила Наталья и медленно опустилась на табурет напротив мужа.