— А, Мария… Заходи, — Елена Викторовна чуть отступила, пропуская её в квартиру. — Давненько ты у нас не появлялась. Подожди здесь минутку, я скажу Алине, что ты пришла.
Она поспешно скрылась в комнате и крепко притворила дверь.
Мария осталась посреди прихожей, растерянно сжимая в руках принесённый торт. Она не понимала, как себя вести и почему её не пригласили дальше. За дверью послышалась какая-то суета: приглушённые голоса, шорохи, будто там спешно переставляли тяжёлую мебель.
«Елена Викторовна совсем не такая, как раньше… Постарела, осунулась. Может, болеет? И почему оставила меня здесь одну?» — мелькнуло у Марии.
Наконец дверь резко открылась, и на пороге снова появилась Елена Викторовна.
— Только, пожалуйста, не волнуй её, — почти беззвучно попросила она.
— Что произошло? — Мария сразу напряглась.
— Ты правда ничего не слышала? Хотя… вы же с Алиной последние годы почти не поддерживали связь…
— Мам! — донёсся из комнаты резкий голос Алины.
— Иди. Она сама тебе всё объяснит, — Елена Викторовна легонько подтолкнула Марию к двери.
Мария вошла и застыла. В комнате, возле окна, сидела Алина — в инвалидном кресле. От потрясения Мария даже не смогла сразу поздороваться.
— Я не буду вам мешать, — быстро сказала Елена Викторовна. — Поговорите, а я пока чай поставлю. Мария торт принесла.
Она вышла, оставив их вдвоём.
— Удивлена? — холодно спросила Алина, впившись в гостью настороженным взглядом.
Мария инстинктивно сделала шаг к ней, но Алина резко подняла ладонь.
— Останься там.
Мария остановилась. Когда-то Алина и без того не считалась красавицей, но сейчас узнать её было почти невозможно. Лицо стало бледным, измождённым, острым. Только глаза — тёмные, почти чёрные — горели каким-то болезненным блеском. Ноги были укрыты клетчатым пледом.
— Сергей тебе не рассказал? — спросила Алина. — Ты ведь с ним виделась. Иначе зачем бы пришла ко мне?
— Мы столкнулись случайно, на медицинской конференции, — осторожно ответила Мария. — Он ничего не сказал. Даже того, что ты теперь живёшь у родителей. Я сначала поехала к тебе домой… Потом звонила, но ты не отвечала.
Пока Мария говорила, Алина не отводила от неё тяжёлого, непроницаемого взгляда.
— Что с тобой случилось, Алина?
— Сядь, — процедила та. — А то у меня шея устанет смотреть на тебя снизу вверх.
Она кивнула в сторону дивана. Мария послушно опустилась напротив кресла.
— Пришла посмотреть и порадоваться? — усмехнулась Алина. — Да, теперь я инвалид. И ходить уже не буду никогда.
— Я не за этим… — начала Мария.
— Ой, не надо. Я поступила с тобой мерзко — вот и получила своё. Честно говоря, не думала, что расплата настигнет так быстро. Но виновата сама. Что молчишь? Я же вижу, тебя любопытство изнутри разрывает. Хочешь знать, что произошло? Я выбросилась из окна.
Алина громко, почти истерично рассмеялась.
Мария смотрела на неё с болью, жалостью и растерянностью.
— На моём месте должна была быть ты, — вдруг сказала Алина, и в её глазах сверкнули слёзы.
Мария поднялась, собираясь подойти ближе и обнять бывшую подругу.
— Сядь! — резко остановила её Алина. Потом, не поворачивая головы, бросила: — Мам, всё нормально. Уйди.
Мария обернулась и увидела в дверях Елену Викторовну. Та испуганно кивнула и тихо прикрыла дверь за собой.