— Мама сильно сдала, да? — Алина криво усмехнулась. — А мой ненаглядный папочка тоже не выдержал семейного счастья: сбежал к молоденькой пассии. Зачем ему прежняя жена и дочь в инвалидном кресле? — в её голосе звенела ядовитая насмешка. — Ну что же ты не улыбаешься?
— Алина…
— Да успокойся, про окно я соврала. Хотя признаваться противно, но, наверное, я сама заслужила всё, что получила. Ты ведь догадывалась, что Сергей женился на мне из-за квартиры? Едва мы расписались, он сразу начал таскаться за другими. Не пропускал ни одной смазливой физиономии. А я молчала. Терпела. Потому что любила его. Ты ведь тоже его любила. А я забрала его у тебя.
Она на мгновение отвернулась, будто собиралась с силами.
— Он всё чаще не возвращался домой ночевать. Придумывал какие-то дежурства, срочные вызовы. Я устала слушать эту ложь. И однажды ночью сорвалась — поехала в больницу. Как думаешь, что я там застала? Правильно думаешь. Он развлекался там с какой-то женщиной.
Алина издала странный звук — то ли короткий стон, то ли подавленный всхлип.
— Если бы можно было вернуть тот вечер… Надо было там же его прикончить. На месте. А я повела себя как последняя оскорблённая идиотка: вылетела из больницы, села за руль… В машине была бутылка вина. Дальше всё просто: я выехала на встречку.
— Но ты осталась жива. Сейчас это самое важное.
— Ты издеваешься? — Алина резко посмотрела на неё. — Жива? Это, по-твоему, жизнь? Лучше бы я тогда умерла сразу.
— Послушай… — Мария чуть наклонилась к ней.
— Только не начинай меня жалеть! — оборвала её Алина. — Ты понятия не имеешь, через что я прошла и что у меня внутри. Зачем ты вообще пришла? Посмотреть? Убедиться? Порадоваться? Всё, увидела — можешь уходить и продолжать свою нормальную жизнь.
— Мне правда очень жаль…
— Ей жаль, — с горькой усмешкой повторила Алина.
— Я пришла не для того, чтобы ругаться, — тихо сказала Мария. — Да, я была на тебя зла. Мне было больно. Но я никогда, слышишь, никогда не желала тебе такого.
Она поднялась и направилась к выходу.
— Подожди. Не уходи! — вдруг позвала Алина.
Мария остановилась и обернулась.
— Прости меня.
— Я уже давно простила.
Мария вернулась к креслу и осторожно положила ладонь Алине на плечо. Та накрыла её руку своей. Несколько минут они сидели молча, не двигаясь, пока в комнату не вошла Елена Викторовна и не позвала их к чаю.
К аварии они больше не возвращались.
— Мне пора, — сказала Мария, отодвигая стул.
— Прости, что я накинулась на тебя… Ты ещё придёшь? — уже мягче спросила Алина.
— Приду, — пообещала Мария, хотя сама не знала, сможет ли выполнить это обещание. Видеть Алину такой и смотреть ей прямо в глаза оказалось почти невыносимо.
Елена Викторовна вышла проводить её.
— Только обо мне не шепчитесь, я всё слышу! — крикнула им вслед Алина.
— Не держи на неё зла, — тихо попросила Елена Викторовна. — Она правда рада, что ты пришла. Сначала к ней ещё забегали подруги, а потом… — женщина беспомощно махнула рукой и зажмурилась. На ресницах у неё дрогнули слёзы.
Алину нельзя было назвать классической красавицей: лицо портил длинный нос с заметной горбинкой. Отец у неё был греком, мать — русской. С Марией они учились в одной группе и подружились ещё на первом курсе. У Алины имелась отдельная квартира и даже собственная машина, а её отец занимал должность главного врача в городской больнице.
На третьем курсе в жизни Марии появился Сергей.