Минут через сорок Надежда Викторовна появилась из кабинета. На стойку регистрации она даже не посмотрела, хотя Ольга уже молча закрыла счёт — сумма вышла почти как треть месячной пенсии свекрови. Вернувшись в автомобиль, Надежда Викторовна протянула невестке несколько листков с назначениями.
— По дороге заедешь в аптеку. Возьмёшь всё точно по этому списку. Никаких замен и аналогов, я этого не признаю.
Ольга лишь кивнула. Для себя она объясняла происходящее просто: пожилому человеку нужна помощь, а если можно облегчить ей жизнь, значит, надо облегчить. Надежда Викторовна, впрочем, увидела в этом совсем другое — не заботу, а готовность беспрекословно выполнять её распоряжения.
Со временем объём этих «поручений» стал только увеличиваться. Примерно через месяц пришла пора приводить в порядок дачный участок перед летом. В субботу с утра у Ольги зазвонил телефон. На экране высветилось имя свекрови.
— Олечка, мне вчера доставили итальянские терракотовые кашпо и особый грунт для роз, — бодро, но с привычной командной интонацией сообщила Надежда Викторовна. — Дмитрий за неделю в своём офисе выматывается до предела, ему в выходные нужно отдыхать. Так что приезжай ты. Поможешь мне всё расставить и мешки с землёй перенести. Там для молодых рук работы часа на два, не больше.
Ольга прекрасно понимала: женщина шестидесяти лет с больной спиной действительно не поднимет тяжёлые мешки. Но объяснять, что сама она после рабочей недели по шестьдесят часов тоже едва держится на ногах, было бесполезно. Надежда Викторовна слышала только то, что вписывалось в её представление о правильном порядке вещей.
Поэтому Ольга поступила иначе. Она нашла двух рабочих, занимавшихся благоустройством участков, договорилась с ними на смену, оплатила их работу, потом заехала в приличный гастроном, купила фермерские сыры, свежее мясо и фрукты и только после этого отправилась за город.
Пока нанятые мужчины под её присмотром перетаскивали массивные керамические вазоны, к забору подошла соседка свекрови. Надежда Викторовна сидела на веранде с чашкой чая и, заметив Ирину, сразу оживилась. Голос её стал громче, в нём зазвучало самодовольное торжество.
— Ах, Ирина, ты только посмотри на мою невестку. Сама, конечно, тяжёлое таскать не стала, нежные ручки бережёт, работников наняла. Но зато какая послушная! Стоило мне сказать, что с садом нужна помощь, — и всё уже организовано. Вот что значит правильное воспитание. Невестку главное сразу поставить на нужные рельсы.
Ольга как раз заносила в дом пакеты с продуктами. Услышав эти слова, она на мгновение опустила веки, будто пережидая резкий порыв ветра. Отвечать не стала. Не было смысла спорить там, где собеседник заранее назначил себя победителем.
Она спокойно разложила покупки по полкам холодильника, проверила несколько рабочих сообщений в телефоне, попрощалась и уехала. Надежда Викторовна осталась на веранде наслаждаться ощущением собственной власти и тем, как удачно, по её мнению, всё устроилось.
Настоящей вершиной этого спектакля стал день рождения свекрови. За неделю до праздника Надежда Викторовна объявила своё решение так, будто оно уже давно было утверждено и обсуждению не подлежало.
— В ресторан мы не пойдём. Терпеть не могу эту суету: чужие люди, шум, музыка, официанты снуют туда-сюда. Мне это всё тяжело. Посидим у меня дома, тихо, своим кругом. Придут только мои бывшие коллеги. Человек восемь.
— Хорошо, Надежда Викторовна, — спокойно сказала Ольга. — Тогда я закажу для вас хороший кейтеринг, чтобы вам не пришлось хлопотать.
— Никакого кейтеринга! — резко оборвала её свекровь. — Я не намерена угощать уважаемых людей бездушной едой из пластиковых коробок. Приготовишь запечённую телятину с розмарином, три салата — только не заливай всё майонезом, сделай нормальные лёгкие заправки — и рыбное заливное. Привезёшь к шести, чтобы успеть накрыть стол. И после ужина поможешь вымыть посуду. У меня от воды на руках ужасная аллергия.
Накануне Ольга почти не спала. До позднего вечера она закрывала сложный финансовый аудит для клиента, а потом ещё несколько часов стояла у плиты. К шести она привезла тяжёлые контейнеры с едой и сразу принялась сервировать стол: хрусталь, старинные приборы, салфетки, блюда — всё должно было выглядеть безупречно, как любила Надежда Викторовна.
За ужином свекровь сияла. Она заняла место во главе стола и с мягкой, но не допускающей возражений улыбкой управляла происходящим.
— Олечка, будь добра, обнови хлебную корзинку. И соусник из холодильника принеси, ты почему-то его не поставила.
Потом Надежда Викторовна поворачивалась к гостям и произносила негромко, но достаточно отчётливо, чтобы Ольга всё слышала:
— Я всегда говорила: невестке нужно просто задать верное направление. Молодые сейчас часто думают только о себе, но если проявить терпение, из любой можно сделать прекрасную помощницу.
Ольга перехватила взгляд Дмитрия — виноватый, напряжённый, почти умоляющий. Он сидел молча и всем своим видом просил её не устраивать сцену при гостях.