Всем рассказывает, что ты во Львіве зазналась, старых друзей забыла.
Анастасии стало не по себе. Где‑то под рёбрами болезненно кольнуло. Но привычного чувства вины она в себе не обнаружила — лишь тихую, ровную грусть.
***
Прошла неделя. За утренним кофе Анастасия бездумно пролистывала ленту в социальной сети и вдруг наткнулась на альбом Ганны с заголовком: «Наше путешествие в столицу!»
С фотографий смотрели сияющие лица. Дети плескались у фонтана на ВДНХ. Арсен играл на гитаре на Арбате — прохожие кидали монеты в раскрытый футляр. Орися и Богдан позировали на фоне Кремля. Вся компания сидела за столиком в уютном кафе — смех, поднятые бокалы, радостные взгляды.
Под снимками значилось: «Чудесная неделя! Нашли отличные апартаменты через приложение, всё в двух шагах от центра!»
Анастасия усмехнулась. Значит, без её двадцати двух метров они прекрасно обошлись.
Тем же вечером неожиданно раздался звонок — это была Татьяна.
— Анастасия, я завтра к окулисту. Можно переночевать? Только если не стесню!
— Анастасия, я завтра к окулисту. Можно переночевать? Только если не стесню!
— Конечно, тётя Лида. Жду.
— Конечно, тётя Лида. Жду.
Они поужинали гречкой с котлетами, включили старый сериал про врачей, обсудили цены на лекарства и последние соседские слухи. Татьяна устроилась на диване, а Анастасия расстелила постель на полу. Было тесновато, зато спокойно.
— Спасибо тебе, родная, — сказала утром Татьяна, обнимая племянницу перед уходом. — Ты всегда была доброй девочкой.
Анастасия улыбнулась. Она и правда осталась доброй. Просто теперь впускала в дом тех, кого хотела видеть, а не тех, кому боялась отказать. И это меняло всё.
***
Минуло три месяца. В субботу утром Анастасия отправилась в торговый центр за покупками. Проходя мимо мебельного магазина, она задержалась у витрины: там стояло удобное раскладное кресло. «Для гостей», — мелькнуло в голове.
Она уже потянулась к двери, собираясь войти, но остановилась, покачала головой и тихо усмехнулась. Нет. Её квартира останется такой, какой нужна прежде всего ей. А гости… настоящие друзья всё поймут.
— Нет, — произнесла она вслух, словно пробуя слово на вкус.
Теперь оно не царапало горло и не вызывало тревоги. Это было всего лишь слово — обозначение её личных границ.
С Ганной они так и не восстановили отношения. Общие знакомые иногда передавали приветы, но обе понимали: дружба осталась в прошлом. Анастасии было грустно вспоминать школьные годы, общие тайны, смех до слёз на последней парте. И всё же она осознавала: настоящую дружбу один отказ не разрушает. Значит, их дороги просто разошлись.
Её маленькая квартира по‑прежнему оставалась тесной. Диван всё так же поскрипывал, кран продолжал подтекать, а в ванной едва помещался один человек. Но это было её убежище. Её дом.
И защищать его она больше не боялась.
Имя *
Email *
Сайт
Комментарий
Сохранить моё имя, email и адрес сайта в этом браузере для последующих моих комментариев.