— Дорожные знаки ведь не для украшения стоят, — добавил он уже без прежней резкости.
После этого Андрей сел в машину и уехал. А Мария ещё долго оставалась на месте: руки дрожали так сильно, что она никак не решалась снова взяться за руль.
Потом они начали то и дело сталкиваться случайно. То на автозаправке, то возле трассового кафе, то на одном и том же участке дороги. Однажды Андрей увидел её в небольшом придорожном заведении, где она обедала в одиночестве, и подошёл к её столику.
— Можно? Не помешаю?
Мария подняла глаза и слегка смутилась.
— Нет, конечно. Садитесь.
— Знаете, мне уже начинает казаться, что мы с вами подозрительно часто оказываемся в одних и тех же местах, — усмехнулся он. — Может, это не просто совпадение?
— Если честно, я тоже обратила на это внимание, — призналась она. — Только решила не делать из этого никаких выводов.
Андрей тихо рассмеялся.
— Напрасно. Иногда такие совпадения бывают куда значительнее, чем нам кажется. Вдруг это знак?
— Не думаю, — Мария покачала головой. — Мы с вами из разных миров. Вы, как я понимаю, человек серьёзный, деловой. А я обычная бедная девушка, которая изо всех сил пытается не утонуть в своих проблемах. Что между нами может быть общего?
— А вы откуда знаете? — мягко возразил он. — Мы ведь толком даже не разговаривали. Может, у нас общего гораздо больше, чем вы сейчас предполагаете.
К концу беседы Андрей всё же сумел уговорить её обменяться телефонами. Он попросил разрешения иногда звонить, и Мария, немного поколебавшись, согласилась. Правда, очень скоро выяснилось, что слово «иногда» он понимает по-своему. Звонки стали ежедневными. Утром он желал ей удачи и хорошего дня, когда она спешила на работу, а поздно вечером напоминал, что ей пора отдыхать, потому что утром снова садиться за руль.
Сначала такая заботливость казалась Марии непривычной и даже чуть чрезмерной. Она не знала, как на неё реагировать. Но день за днём привыкала всё сильнее. И однажды, когда Андрей не позвонил в обычное время, она вдруг поймала себя на том, что тревожится. Не выдержав, набрала сама. Оказалось, он простудился, охрип и почти не мог говорить.
— Андрей, у меня есть хорошее средство для горла, — сразу сказала она. — Инжирное варенье. Родные прислали из Батуми. Если пить его с тёплым молоком, обычно быстро помогает.
Так Мария впервые приехала к нему домой. Дом Андрей строил по собственному замыслу, всё в нём было сделано с размахом, будто хозяин и правда мечтал о большой семье. Болел он тогда тяжело, и Мария несколько дней подряд навещала его: готовила еду, заставляла есть, меняла постельное бельё, проветривала комнаты. Прислуги у Андрея не было, и он искренне не знал, как благодарить её за такую простую, тёплую и сердечную заботу.
Когда болезнь окончательно отступила, он пригласил Марию на настоящее свидание — в ресторан.
— Может, лучше просто пройдёмся по городу? — смущённо предложила она. — Я ведь в ресторанах никогда не бывала. Разве что в дорожных кафе, но это совсем другое.
— Нет, — с улыбкой ответил Андрей. — Сначала отметим моё выздоровление, а потом, если тебе захочется, обязательно погуляем.
В тот вечер он признался, что Мария давно ему нравится. Рядом с ней, сказал он, ему спокойно и радостно, как давно уже не бывало. Она слушала, смущалась, но улыбку скрыть не могла.
— Я тоже к тебе привыкла, — тихо ответила она. — Даже не знаю, как правильно назвать то, что чувствую.
После этого они стали видеться всё чаще. Их разговоры уже не ограничивались короткими звонками: Андрей заезжал за ней после работы, Мария иногда оставалась у него ужинать, а вскоре он подарил ей кольцо и предложил переехать к нему.
— Зачем тебе отдавать деньги за съёмную квартиру? — убеждал он. — Здесь места больше, чем нужно одному человеку. Я ведь этот дом строил не для холостяцкой жизни, а для семьи. Родители, правда, уехали на историческую родину. Они этнические немцы. Сестра тоже отправилась с ними, а я остался.
Свадьбу решили сыграть через месяц. Марии очень хотелось, чтобы рядом в этот день была мать. Уже не первый год она уговаривала её продать дом и перебраться ближе, но у Ольги Сергеевны была своя причина держаться подальше именно от этого города. Здесь родился её муж — лётчик гражданской авиации.
Ольга была женщиной ревнивой. После многих его рейсов дома вспыхивали мучительные ссоры: она подозревала, он оправдывался, потом всё начиналось заново. В конце концов мужчина не выдержал и ушёл из семьи, когда Марии было всего десять. Он покинул Батуми, вернулся в родной город, стал летать на международных линиях, затем снова женился и, как поговаривали, обзавёлся ещё одним ребёнком.
Ольга не теряла связи с людьми из батумского аэропорта, поэтому новости о бывшем муже время от времени всё равно доходили до неё. Так она узнала и о том, что однажды из рейса не вернулся весь экипаж. После этой трагедии она растила дочь одна. Мария ещё в старших классах прошла водительские курсы при школе, а едва ей исполнилось восемнадцать, сразу получила права.
— Ну всё, мамочка, — говорила она тогда, стараясь подбодрить мать. — Даже если с дипломом у меня ничего не выйдет, без работы я не останусь. Пойду в такси, и мы больше не будем бедствовать.
Но Ольга настояла, чтобы дочь получила высшее образование. Мария послушалась и поступила в экономический институт в Украине.
— Мария, а почему ты вообще приехала именно сюда? — как-то спросил Андрей. — Хотела отыскать отца?
Она не стала лукавить.
— Да. Сначала именно этого и хотела. А потом решила, что у него давно другая жизнь, другая семья. Вряд ли он обрадовался бы моему появлению. Поэтому я перестала искать.
В этот момент на крыльцо выбежала Полина.
— Тётя Мария, дядя Андрей, заходите скорее! Чайник уже закипел!
Они вымыли руки у уличного рукомойника и прошли в дом. С первого взгляда было понятно: жильё давно нуждалось в ремонте. Старое крыльцо шаталось под ногами, в деревянной входной двери темнели щели, а пол кое-где заметно просел.
— Вы уж не судите строго, — неловко произнесла Ирина Михайловна. — Живём на мою пенсию да на пособие. А когда болезни одна за другой цепляются, денег всё время не хватает. После того как дочь с мужем не вернулись, я долго не могла прийти в себя.