— Только как кредитный специалист могу проконсультировать вас бесплатно. Отчуждение имущества при наличии крупного непогашенного долга подпадает под статью 170 Гражданского кодекса. Это мнимая сделка.
Я уловила, как Кристина на другом конце линии внезапно замолчала и перестала что‑то шептать.
— Ваша задолженность перед банком составляет миллион двести, — продолжила я, опираясь исключительно на цифры.
— Платежи вы прекращаете. Если послезавтра деньги не поступят, начнётся просрочка. Далее последуют штрафы и пени. Спустя три месяца банк обратится в суд.
— Юристы без труда оспорят договор дарения, докажут попытку сокрытия имущества от взыскания и добьются возврата квартиры.
— Вы… вы не посмеете! — прохрипела свекровь, но от прежней уверенности не осталось и следа. В голосе звучал только страх человека, осознавшего, что чужие средства больше не спасут ситуацию.
— Нам и не придётся. Этим займётся служба взыскания, — спокойно пояснила я.
— Поскольку пенсия у вас официальная, приставы будут удерживать половину дохода ежемесячно. А новая машина Кристины уйдёт с торгов, если установят, что её приобрели на кредитные деньги. Закон строг, но он действует.
— Богдан! Скажи что‑нибудь своей жене! — в отчаянии выкрикнула Галина.
Богдан посмотрел на меня, и в его взгляде читалось безоговорочное уважение.
— Моя жена сказала всё верно, мам, — твёрдо произнёс он.
— И пока вы с Кристиной не вернёте мне украденные триста тысяч, можете не звонить. Живите теперь на свои «инвестиции».
Он нажал на кнопку завершения вызова.
Богдан молча забрал мою чашку, подошёл к кофемашине, приготовил свежий кофе и поставил его передо мной. Легко коснулся губами моей щеки и вернулся к бумагам.
Я смотрела на экран телефона — входящих от родственников больше не было. Вопрос закрыт окончательно: без слёз, оправданий и навязанного чувства вины. Остались только факты, цифры и закон, который работает без сбоев, если не бояться применять его на практике.