— Марина, отчего ты такая бледная? — поинтересовалась она, окинув невестку внимательным, почти оценивающим взглядом сверху вниз. — Снова ночами не спишь?
— Всё в порядке, Татьяна Павловна, — спокойно произнесла Марина. — Поздравляю вас с юбилеем.
— Благодарю, деточка, — Татьяна Павловна чуть заметно кивнула, словно не поздравление принимала, а великодушно разрешала Марине его произнести. — Ну что же, идёмте к столу. Я уже проголодалась зверски.
Гости дружно рассмеялись и потянулись вслед за виновницей торжества в зал. Марина задержалась позади всех. Она шла медленно, чувствуя, как внутри снова поднимается то самое знакомое ощущение. Это была не ярость и даже не обида — скорее вязкая, тяжёлая усталость, которая поселилась в ней несколько месяцев назад и теперь казалась уже не временным состоянием, а частью её самой.
За столом все расселись по карточкам, которые Марина расставила ещё заранее, проверив каждое место по несколько раз. Её посадили рядом с Андреем, напротив тёти Веры. Татьяна Павловна устроилась на самом почётном месте — во главе длинного стола, прямо под цветочной аркой, заказанной специально к её празднику и оплаченной заблаговременно.
Официанты один за другим стали выносить закуски. В помещении зазвенели бокалы, загудели разговоры, кто-то уже смеялся, кто-то обсуждал погоду, подорожание продуктов, внуков, правнуков и свежие новости общих знакомых. Марина почти не участвовала в беседах. Она отвечала, если к ней обращались напрямую, иногда вежливо улыбалась и всё чаще поглядывала на сумку, где лежал телефон. В голове у неё настойчиво крутилась мысль о том самом дополнительном заказе, о котором недавно упоминала администратор. На карте оставались только отпускные — деньги, которые она берегла на осень, на ремонт зимних сапог и на подарки к Новому году.
Ведущий, приглашённый специально для этого вечера, поднялся со своего места, держа в руке бокал.
— Дорогие гости! — громко, уверенно и немного торжественно начал он поставленным голосом. — Сегодня мы собрались здесь, чтобы отметить замечательную дату в жизни прекрасной женщины — нашей уважаемой Татьяны Павловны!
По залу прокатились аплодисменты. Татьяна Павловна сразу расцвела, выпрямила спину, поправила причёску и приготовилась наслаждаться вниманием.
— И первое слово, — продолжил ведущий, — я с удовольствием предоставляю самому близкому человеку нашей именинницы, её сыну, Андрею Викторовичу!
Андрей поднялся, деловито застегнул пиджак, взял бокал и посмотрел на мать с таким выражением, будто сейчас собирался сказать не обычный тост, а речь, которую потом будут вспоминать годами.
— Мама, — начал он, и голос у него дрогнул то ли от настоящего волнения, то ли от привычной любви к эффектным сценам. — Ты всегда была для меня главным человеком и надёжной опорой. Всё, чего я сумел добиться, все мои успехи — это благодаря тебе.
Марина опустила взгляд в тарелку.
— Ты вырастила меня порядочным человеком, научила ценить семью, трудиться, ставить цели и идти к ним, — продолжал Андрей, всё больше вдохновляясь собственными словами. — И сегодня я хочу вручить тебе подарок. Я знаю, ты давно о таком мечтала.
Он наклонился и достал из-под стола коробку, аккуратно упакованную в блестящую бумагу и украшенную пышным бантом. Гости тут же оживились, заулыбались, наклонились вперёд, ожидая, как Татьяна Павловна будет раскрывать сюрприз.
Она разворачивала упаковку неторопливо, будто растягивала удовольствие от всеобщего внимания. Когда же под бумагой оказался новый смартфон последней модели, Татьяна Павловна ахнула так громко, что даже официант у соседнего столика невольно повернул голову.
— Андрюшенька! — воскликнула она, прижимая коробку к груди. — Но откуда у тебя деньги на такую дорогую вещь? Ты ведь сам говорил, что на работе сейчас всё непросто.
— Мам, ради тебя я на всё готов, — широко улыбнулся Андрей.
И в этой улыбке не было ни малейшего намёка на то, что телефон купили не на его деньги. Подарок был оплачен с зарплаты Марины, снятой с её карты за два дня до банкета.
Марина невольно вспомнила вечер двухнедельной давности. Тогда Татьяна Павловна позвонила ей лично, даже не став обращаться через сына, и попросила поговорить.
Марина как раз убирала посуду после ужина. Телефон лежал на кухонном столе, и звонок прозвучал особенно не вовремя: Андрей сидел в соседней комнате перед телевизором, а она стояла у раковины с мокрыми руками.
— Мариночка, деточка, — заговорила свекровь тихо, почти жалобно. Этот голос совсем не был похож на её обычный властный тон. — Мне очень неловко тебя беспокоить, но обстоятельства сложились не лучшим образом.
— Что произошло, Татьяна Павловна? — насторожилась Марина.
— Понимаешь, я оформила телефон в рассрочку. Хотела наконец купить себе новый, хороший. А потом оказалось, что ежемесячный платёж больше, чем я рассчитывала. Да ещё и за кухонный гарнитур кредит до конца не закрыт.
Марина промолчала, ожидая, к чему всё это ведёт.
— Ты не смогла бы немного помочь? Совсем чуть-чуть, — торопливо добавила Татьяна Павловна. — Я обязательно верну, честное слово. Как только Андрюша получит следующую зарплату, сразу всё отдам.
Именно тогда Марина впервые отчётливо поняла: свекровь прекрасно знает, что её сын потерял работу. Знает — и всё равно продолжает изображать перед подругами обеспеченную даму, требовать новые подарки, новые траты, новые жесты внимания. При этом на людях она не упускала случая уколоть невестку, попрекнуть её тем, что та якобы плохо ведёт дом и не способна обеспечить мужу достойный быт.
— Хорошо, я подумаю, — ответила тогда Марина.
На следующий день она всё-таки перевела деньги. Сумму, которой ей самой хватило бы на две недели обедов на работе.
Тем временем праздник продолжался. Ведущий объявил очередной тост, потом следующий. Марина пила только воду, почти не прикасаясь к вину, и смотрела на происходящее как будто со стороны. Словно это был не её собственный вечер, не её заботами собранный банкет, а какая-то запись на экране, которую она вынуждена досматривать до конца.
Затем поднялась Валентина Сергеевна. Она начала говорить тост, вспоминая, как познакомилась с именинницей, рассказывала про молодость, институтские годы, первые заработки и какие-то давние смешные случаи. Гости смеялись, согласно кивали, тянулись через стол, чтобы чокнуться бокалами.
В этот момент к Марине подошёл официант и, слегка наклонившись, тихо сказал:
— Извините, можно вас на минуту?
Марина поднялась осторожно, стараясь не привлекать лишнего внимания, и последовала за ним к барной стойке. Там её уже ждала администратор с распечатанным счётом в руках.
— Простите, что отвлекаю вас во время торжества, — негромко произнесла администратор. — Но по правилам нашего заведения дополнительный заказ нужно оплачивать сразу после подачи. Андрей Викторович попросил принести три бутылки коньяка определённой марки и ещё несколько порций закусок для стола. Сумма получилась довольно значительная.
Марина взяла распечатку и посмотрела на итоговую цифру внизу. Внутри у неё всё неприятно сжалось. Эта сумма оказалась больше всего основного банкетного заказа, который она уже внесла заранее, потратив на него почти половину своей июльской зарплаты.