«Я за ней присмотрю» — Татьяна Юрьевна произнесла не глядя, крепко сжав ручку чемодана и дважды нажав кнопку лифта

Тревожно красиво, как ускользающий шанс.

Татьяна Юрьевна отрицательно качнула головой. На лице у неё вдруг проступили неровные красные пятна, будто от волнения.

— Я к Константину еду, — произнесла она почти шёпотом. — Он сейчас один живёт.

Я невольно опустила взгляд на её сумку. Под тонкой тканью угадывалась та самая коробка конфет.

— Понятно, — сказала я.

— Да ничего тебе не понятно, — тихо возразила свекровь. И, помолчав, спросила уже совсем другим голосом: — У меня тушь не потекла?

Я чуть подалась к ней, присмотрелась. Макияж держался как надо.

До нашей остановки оставалось ещё около двух часов. За это время Татьяна Юрьевна успела рассказать, что они с Константином начали перезваниваться ещё весной. Константин давно развёлся. Она с моим свёкром тоже уже лет двадцать как жили порознь. Правда, свёкор за это время успел снова жениться, вырастить младшую дочь и опять развестись. Андрей к нему заезжал, иногда возил на рыбалку. А к матери приезжал с продуктами и заодно смотрел, не течёт ли где кран.

— Он меня ещё в июне звал, — сказала Татьяна Юрьевна. — Потом в августе говорил: приезжай. А теперь вот опять позвал.

— И почему вы раньше не поехали?

— В июне дожди зарядили. А в августе жара стояла такая, что и из дома выходить не хотелось.

Она достала телефон, взглянула на экран, проверяя время.

— Андрей в курсе? — спросила я.

Свекровь плотно сжала губы.

— Андрей думает, что я поехала с тобой в город.

Я отвернулась к окну. За стеклом бесконечно тянулся мокрый низкий лес, серый и одинаковый. Мне вдруг стало обидно за те последние полчаса, когда я ещё успела почувствовать к ней благодарность.

— Тогда зачем здесь я?

— Ты ведь всё равно собиралась ехать.

— Ну и поехала бы одна.

— Поехала бы, — спокойно согласилась Татьяна Юрьевна. — А я бы снова просидела дома до весны.

Я ничего не ответила. Она держала сумку на коленях и разглаживала пальцами ткань возле молнии, хотя там и так всё лежало ровно.

На автовокзале нас ждал невысокий мужчина в коричневой куртке. Татьяна Юрьевна увидела его раньше меня и тут же привстала, хотя автобус ещё катился и даже не успел полностью затормозить.

— Сядьте, — сказала я резче, чем хотела.

Она послушно опустилась обратно.

Константин забрал у неё сумку, у меня — чемодан. Ко мне он обратился как к Ольге и сказал, что Татьяна много обо мне рассказывала. Я ответила, что надеюсь, рассказывала хорошее.

Он рассмеялся, а вот свекровь улыбаться не стала. Только спросила, не слишком ли поздно мы приехали. Константин заверил, что время самое подходящее и мы ещё вполне успеем поужинать.

Я сказала, что сначала хочу заселиться. Татьяна Юрьевна сразу встала рядом со мной.

— Я тоже. С дороги надо умыться.

Константин предложил нас подвезти. В машине свекровь устроилась сзади. Я уже собиралась сесть рядом с ней, но она придвинула сумку на соседнее сиденье, словно заняла его заранее. Пришлось садиться вперёд.

На панели у Константина лежала рабочая перчатка. Он быстро убрал её в сторону и спросил, не дует ли мне холодом. Я ответила, что всё в порядке. Но Татьяна Юрьевна всё равно потянулась между передними сиденьями и отвернула поток воздуха от моего лица.

— Ей шею продует, — пояснила она.

Константин глянул на неё в зеркало заднего вида, потом перевёл взгляд на дорогу.

— Ольга, где нам лучше свернуть?

Я показала направление. Он повернул. Татьяна Юрьевна откинулась на спинку и принялась застёгивать сумку, хотя та и не была расстёгнута.

Ехали мы минут двадцать. Константин рассказывал, где сейчас перекрыли улицу, спрашивал, как у нас в городе дела. Свекровь отвечала скупо, короткими фразами. На одном из светофоров я случайно поймала её взгляд в зеркале. Она смотрела на меня так пристально, что я даже провела пальцами по щеке, решив, что, может быть, где-то испачкалась.

У гостевого дома Константин вынул мой чемодан из багажника и поставил под козырёк у входа.

— Татьяна, я тебя подожду, — сказал он. — Потом прокатимся, покажу, что тут за последнее время поменялось.

Она кивнула:

— Хорошо.

Мы вошли внутрь. Хозяйка принесла полотенца, провела нас в комнату. Раскладушка стояла поперёк прохода между кроватью и шкафом, оставляя совсем узкую щель.

Татьяна Юрьевна сразу достала кошелёк. Заплатила за свою раскладушку и завтрак, а потом уточнила, можно ли будет вернуться поздно. Хозяйка объяснила, как набрать код на входной двери.

— Я вас потом не потеряю? — спросила свекровь у меня.

Я сказала, что до утра точно никуда из города не исчезну. Она улыбнулась, но всё равно переписала мой номер ещё и на бумажку. Свой телефон поставила заряжаться возле стола.

Потом сняла пальто и долго, очень тщательно расправляла его на вешалке. Достала из сумки блузку, приложила к груди и спросила:

— Не слишком яркая?

— Обычная, — ответила я.

— Ты бы такую надела?

— Надела бы.

Она вздохнула, сложила блузку обратно и осталась в той одежде, в которой приехала.

Андрей позвонил как раз в тот момент, когда свекровь расчёсывала волосы.

— Доехали? Мама как?

— Доехали, всё нормально.

— Я ей звоню, а она трубку не берёт. Скажи, пусть звук включит.

Я протянула ей телефон. Татьяна Юрьевна обернулась и быстро покачала головой. Тогда я сказала Андрею, что она сейчас занята.

— Это чем ещё?

— Переодевается.

— Она что, в ресторан собралась? Ладно, завтра сам наберу. Ты только её там не бросай.

Я завершила разговор. Татьяна Юрьевна стояла возле раскладушки и так крепко держала расчёску, что побелели пальцы.

— Не говори ему пока, — попросила она.

— Я не собираюсь за вас врать.

— Я и не прошу врать. Просто не говори сейчас.

Снизу негромко просигналила машина. Свекровь вздрогнула. Через минуту зазвонил уже её телефон.

— Да, сейчас, — сказала она в трубку.

Потом протянула аппарат мне. Константин объяснил, что заказал столик, и пригласил меня поужинать вместе с ними. Я поблагодарила, но отказалась: сказала, что устала с дороги. Сказала один раз, без лишних объяснений про ранний подъём и неудобные сапоги. Он ответил, что тогда увидимся завтра, и попросил снова передать телефон Татьяне.

— Пойдём, — сказала она мне, убирая телефон в сумку.

— Я с вами не поеду.

Она посмотрела на меня с недоумением.

— Почему? Он же нас обеих зовёт.

— Я хочу спокойно поужинать и лечь спать. Завтра у меня свои дела на весь день.

— Ольга, ну ненадолго.

Я села на кровать и стянула сапог. К носку прилип кусочек стельки, пришлось выковыривать его пальцами.

Татьяна Юрьевна надела пальто. Уже у самой двери она обернулась и сказала, что скоро вернётся.

Бонжур Гламур