Со временем в этих фразах всё меньше оставалось просьбы и всё отчётливее слышался тон распоряжения.
Весной всё снова началось с какой-то, на первый взгляд, пустяковой бытовой ситуации. В четверг после работы я заехала к отцу. Он как раз возился в прихожей и собирал сумку на дачу: бросил туда рабочие перчатки, зарядное устройство от шуруповёрта, пачку больших мусорных пакетов. В этот момент зазвонил телефон — это была Валерия.
Отец включил громкую связь, потому что в тот же миг пытался найти очки.
— Сергей Андреевич, вы завтра на участок поедете? — спросила она.
— Планировал. А что такое?
— Тогда, пожалуйста, покосите траву возле беседки. Мы в субботу приедем, нас человек шесть будет.
Отец замер с пакетом в руке и медленно посмотрел на экран телефона.
— Валерия, а спросить сначала, можно ли вам в субботу приезжать, не надо?
На другом конце на несколько секунд повисла пауза. По ней было слышно: сам вопрос её не просто застал врасплох, а будто показался странным.
— Так мы же обычно приезжаем, — наконец сказала она. — Вы сами говорили, что дача не должна простаивать.
— Я говорил, что вы можете приезжать, когда мы заранее договоримся.
— Ну я же поэтому и звоню.
Отец коротко усмехнулся, но дальше спор развивать не стал. Только предупредил, что в субботу его там не будет, и попросил после себя обязательно перекрыть воду в доме.
Траву у беседки он всё равно скосил — собирался заняться этим и без её звонка. Но вечером, когда мы сидели на кухне, отец сам заметил, как незаметно всё поменялось. Раньше Валерия спрашивала разрешения приехать. А теперь просто ставила в известность, что привезёт шестерых людей, и между делом поручала хозяину участка подготовить территорию.
Владимир тогда не стал оправдывать сестру.
— Пап, скажи ей прямо: без согласования на дачу не ездить, — сказал он. — Она намёков не слышит. Ей надо говорить в лоб.
Отец ответил, что поговорит после свадьбы. До торжества оставалось меньше месяца, и Валерия постоянно звонила по мелочам: то ей понадобился стол с дачи для домашнего чаепития на следующий день, то две складные лавки. Отец не хотел начинать неприятный разговор накануне праздника.
Лавки он сам отвёз Владимиру, чтобы тот потом передал их сестре. Валерия долго благодарила и несколько раз повторила, что на свадьбе обязательно ждёт Сергея Андреевича среди гостей.
Именно поэтому то, что случилось потом в ресторане, не выглядело простой досадной неловкостью. Это было похоже на вполне осознанное решение, принятое Валерией за чужой счёт.
По плану рассадки отцу было отведено совсем другое место.
Свадьбу играли в субботу, в небольшом ресторане за городом. Гостей было около семидесяти. Перед верандой находилась круглая площадка, внутри — зал с шестью столами. У входа поставили схему рассадки, а на каждом месте лежали карточки с именами.
Отца определили за третий стол. Там сидели двое родственников Владимира, семейная пара наших общих знакомых и ещё несколько человек примерно его возраста. Место было не у стола молодых, конечно, но вполне нормальное и удобное. Перед началом банкета я сама проводила его туда и убедилась, что он сел именно там, где было указано.
Примерно через час приехала пара, которой в схеме рассадки вообще не значилось. Эта женщина когда-то серьёзно помогла Валерии с работой. Сначала они отказались от приглашения, но в день свадьбы всё-таки решили приехать. Два свободных места для них нашли, только они оказались не рядом. Валерию такой вариант не устроил.
В тот момент я была на улице: фотографировалась с Владимиром и родственниками, поэтому самого разговора не слышала и не видела. Когда вернулась в зал, на прежнем отцовском месте уже сидел незнакомый мужчина. Рядом устроилась его жена. Карточки с именем отца на столе больше не было.
Сначала я подумала, что он сам пересел куда-то, чтобы поговорить со знакомыми. Но потом заметила его у дальней стены, почти возле двери, через которую официанты выходили в служебную часть ресторана.
Там стоял маленький столик, предназначенный не для гостей, а для тех, кто работал на празднике и не находился в зале постоянно. За ним как раз обедали люди из обслуживающей команды.