Сергеевна, — спокойно закончила она, не отводя взгляда от пожилого мужчины с папкой. — Я работаю в компании «Вектор-Авто».
Заказчик чуть заметно кивнул, будто именно такого ответа и ожидал.
— Рад знакомству, Наталья Сергеевна.
Виктор мгновенно изменился в лице. Его натянутая улыбка исчезла, словно её стёрли. Он торопливо взял гостя под локоть и повёл дальше по коридору, заговорив о маршрутах, расценках и условиях обслуживания. Только голос у него уже был другим — более высоким, нервным, сбивчивым.
Когда заказчик ушёл, Виктор Андреевич вошёл в подсобку и плотно прикрыл за собой дверь. Лицо у него пылало, краснота доходила до самых ушей.
— Наталья, ты что себе позволяешь?
— Я просто представилась, — ответила она ровно.
— Ты едва не испортила мне встречу! Клиент мог решить, что у нас тут полный беспорядок!
— Он увидел, что у вас работают люди, у которых есть имена, — Наталья даже не повысила голоса.
— Уборщица — не работник в том смысле, как ты это себе вообразила! — Виктор сжал губы. — Это обслуживающий персонал. А обслуживающий персонал при клиентах молчит.
— Обслуживающий персонал тоже состоит из людей, Виктор Андреевич.
— Ещё один такой номер — получишь выговор. Два выговора, и можешь искать себе другое место. Ясно?
Наталья не стала отвечать. Виктор резко развернулся и вышел, хлопнув дверью так, что тонкая фанерная створка качнулась и сама приоткрылась обратно. Наталья подошла и закрыла её уже без шума.
Потом достала из сумки тетрадь. Аккуратно вывела дату, кратко описала случившееся и записала слова Виктора почти дословно, насколько помнила. Внизу добавила: «Произошло при заказчике из областной администрации. Свидетели: Ольга, диспетчер Денис».
В тот же вечер, уже дома, Наталья снова раскрыла тетрадь и села за кухонный стол. Она пересчитала всё с самого начала. Три года. Шестьсот двадцать четыре часа переработок. Семьдесят два раза она мыла личный автомобиль директора. Если считать по трудовому кодексу — с полуторной и двойной оплатой, — получалась сумма в сто восемьдесят семь тысяч. Почти двести тысяч за три года молчания, за три года «Золушки», за место на табуретке у стены и за привычку делать вид, что ничего не происходит.
Поздно вечером позвонила Ольга.
— Наташ, я ведь тебе говорила насчёт инспекции. Ты думала об этом?
— Думала.
— И что?
— Мне нужна эта работа, Оль.
— Тебе нужно, чтобы к тебе относились по-человечески. А работу ты найдёшь.
Наталья отключила вызов. Некоторое время смотрела на тетрадь, потом закрыла её и убрала в сумку. Выбрасывать не стала.
Поездку на объект назначили на четверг. Двенадцать человек — водители, менеджеры и диспетчер — должны были выехать за город, на точку примерно в ста двадцати километрах. Заказчик хотел, чтобы сотрудники осмотрели новый маршрут, оценили состояние дороги и подготовили смету. Виктор Андреевич решил ехать лично: сказал, что будет контролировать всё сам.
За рулём микроавтобуса был Артём — молодой водитель, двадцати восьми лет, работавший в компании около полутора лет. Парень он был спокойный, немногословный, аккуратный. Наталью тоже включили в поездку, хотя сначала её в списке не было. В последний момент Виктор решил, что на месте кому-то придётся организовать обед.
— Наталья, поедешь с нами. Термосы, бутерброды, скатерть — всё на тебе, — бросил он так, словно речь шла не о человеке, а о приложении к сумке с едой.
Она заняла место в самом конце салона. У ног стоял рюкзак с термосами и свёртками. За окнами сначала тянулись привычные городские окраины, потом пошли деревья, поля, редкие дома. Асфальт вскоре уступил место гравийке. Минут сорок они ехали спокойно, затем микроавтобус свернул на просёлочную дорогу.
Артём держал машину уверенно. Но вдруг его рука резко дёрнулась. Автобус повело в сторону. Кто-то из менеджеров испуганно вскрикнул. Артём побледнел, на лбу у него выступили крупные капли пота, и он резко прижал машину к обочине. Двигатель заглох.
— Что случилось? — Виктор приподнялся с переднего сиденья.
— Плохо мне, — Артём прижал ладонь к груди. — Сердце…
Ольга, сидевшая через проход, тут же вытащила телефон.
— Сейчас скорую вызову.
— Какую скорую? — Виктор оглянулся на неё раздражённо и растерянно одновременно. — До ближайшей больницы километров сорок. Здесь и связь-то еле ловит.
Артём откинул голову на спинку кресла и закрыл глаза. Лицо стало серым, руки блестели от пота. В салоне сидели двенадцать человек, посреди пустой просёлочной дороги, и никто не знал, что делать дальше.
— Кто может сесть за руль? — спросил диспетчер Денис, быстро осматривая пассажиров.
Ответом ему была тишина. Водители, ехавшие пассажирами, переглянулись. Один по документам числился на больничном и находился в поездке неофициально. Второй тихо признался, что накануне выпил и вести машину не рискнёт.
— Я могу, — сказала Наталья и поднялась со своего места в последнем ряду.
Все головы разом повернулись к ней. Виктор посмотрел на неё снизу вверх. Лицо у него снова налилось краснотой, на шее проступили пятна, часы на запястье качнулись.
— Ты? — он коротко усмехнулся. — Золушка решила порулить? Сиди уж со своей шваброй.
Кто-то из водителей хмыкнул, кто-то отвёл глаза. Ольга крепко сжала губы.
— У меня открыта категория D, — спокойно произнесла Наталья. — Восемнадцать лет я водила скорую помощь. Без единой аварии.
— Ты уборщица, — Виктор произнёс каждое слово отдельно, будто вбивал гвозди. — Сядь на место.
— Артёму нужно к врачам, — Наталья не двинулась обратно. — До больницы сорок километров. Я довезу.
— Я сказал: сядь!
Наталья посмотрела на Артёма. Он тяжело дышал, глаза были закрыты, пальцы судорожно сжимали ремень безопасности. Потом она перевела взгляд на людей в салоне. На Ольгу, прижавшую телефон к уху, хотя на экране высвечивалось: «нет сети». На водителя Игоря, который старательно смотрел в окно. На Дениса, нервно кусающего губу.
Она прошла по проходу вперёд и наклонилась к Артёму.
— Артём, пересаживайся. Я поведу.
— Наталья! — Виктор вскочил и загородил ей дорогу. Его рыхлое лицо стало багровым. — Я тебе запрещаю!
Наталья посмотрела ему прямо в глаза.
— Виктор Андреевич, человеку плохо. Запретить мне мыть вашу машину вы можете. А запретить мне спасти вашего сотрудника — нет.
Она обошла его, помогла Артёму пересесть на пассажирское место и сама опустилась в водительское кресло. Ладони уверенно легли на руль — крепкие, с коротко остриженными ногтями, давно привыкшие к такому положению. Спина сама выпрямилась. Зеркала, ремень, передача — всё произошло быстро, привычно, почти автоматически, как когда-то день за днём на протяжении восемнадцати лет.
Двигатель завёлся с первого раза.
— Все сели? — спросила Наталья, глядя в зеркало заднего вида.
Никто не ответил. Виктор ещё несколько секунд стоял в проходе, потом тяжело опустился на ближайшее сиденье. Молча. Не глядя в её сторону.
Наталья плавно вывела микроавтобус обратно на дорогу. Под колёсами шуршала гравийка, впереди шли ямы и повороты, но руки её оставались спокойными. Она вела машину уверенно, точно и собранно — так, как умела лучше всего.