— Мам, может, я поеду вместе с тобой? — предложил Дмитрий.
— Не стоит, — Марина улыбнулась. — Тогда придётся брать и Анастасию. Ты ведь без неё, кажется, и суток не выдержишь.
— Ты собираешься там надолго остаться?
— Нет, не думаю. Просто хочу сразу разобраться со всеми делами, — устало выдохнула Марина. — Кажется, всё собрала. Еда лежит в холодильнике. А если вдруг задержусь, Анастасия уж точно не позволит тебе погибнуть от голода.
В город, где прошло её детство, Марина приезжала в последний раз два года назад — на похороны отца. Спустя полгода после этого она оформила квартиру на себя, причём сделала всё удалённо. Отец прожил после смерти матери ещё четыре года. Когда Марина уезжала, ключи от родительского жилья она оставила соседке, тёте Полине, попросив время от времени заглядывать к нему. Он очень скучал по жене, но перебираться к дочери в другой город категорически не захотел.
Дмитрий уже почти жених, свадьба была не за горами, а значит, ему нужно было куда-то привести молодую жену. Поэтому Марина и решила: родительскую квартиру, где осталось её детство, придётся продать, а на вырученные деньги купить сыну хотя бы однокомнатное жильё. Сама она там жить не собиралась — ни в том городе, ни в этих стенах. Пускать квартирантов тоже не хотелось. Но деньги были нужны.
Мать когда-то с восторгом вспоминала, как они получили эту квартиру от завода, где трудился отец, как радовались каждому шкафу, ковру, каждой добытой с трудом вещи. А теперь всё это, когда-то такое ценное, оказалось никому не нужным. За окном автобуса мелькали унылые виды, и они не приносили облегчения. За городом снег ещё лежал пятнами, из-за чего чёрные ветки деревьев и голые кусты казались ещё мрачнее.
«Люди уходят, а после них остаются вещи, — думала Марина. — И кто-то потом должен решать, что с этим делать. Когда-нибудь уйду и я. Интересно, Дмитрий тоже будет мучиться совестью, разбирая мои шкафы и коробки? Господи, что за мысли…» Она попыталась заставить себя переключиться на что-нибудь другое.
В памяти всплыло, как много лет назад она уезжала из родного города на автобусе — поступать в институт. Тогда особенно больно было расставаться с Игорем. В школьные годы Марина была влюблена в мальчишку, который учился на класс младше.
— Да он же совсем маленький, — смеялась подруга, когда Марина призналась, что ей нравится Игорь.
— Ничего он не маленький, — обиженно возражала она. — Просто пошёл в школу позже нас, потому что в детстве часто болел.
И всё же встречаться с Игорем открыто Марина стеснялась. Он уверял, что через год приедет поступать в политехнический, но так и не появился. После школы его забрали в армию. А потом Марина вышла замуж…
О бывшем муже думать не хотелось. Всё тогда пошло как-то не так: и сам брак, и жизнь рядом с ним. Единственным правильным решением оказался развод. Любовь быстро растаяла, а он вскоре начал изменять.
В салоне зашевелились пассажиры, кто-то зашуршал пакетами, кто-то потянулся за сумками. Впереди уже показались первые дома города.
Марина шла по знакомым улицам и вдруг замечала, что узнаёт некоторых прохожих. А вот её, похоже, не узнавал никто. И это было даже к лучшему: разговаривать с кем-либо совсем не хотелось.
Вот он — её двор, окружённый четырьмя пятиэтажками, с детской площадкой посередине. Марина остановилась. Лавочки будто стояли на прежних местах. Или их всё-таки давно заменили? Почему их всегда красили именно голубой краской, она так и не понимала. Две молодые мамы беседовали у площадки, поглядывая на малышей в ярких комбинезонах и шапках с помпонами, которые возились возле пластиковой горки.
Подойдя к дому, Марина подняла взгляд на окна второго этажа. На мгновение ей показалось, что сейчас мама отодвинет занавеску и помашет рукой: мол, заходи быстрее, обед уже на столе. Но штора не шелохнулась. Окна были закрыты наглухо. Никто больше не ждал её за этими стёклами — там оставались только молчаливые вещи.