— Я вам так скажу, — продолжил Олег, смакуя каждое слово. — За что я её ценил? За упёртость, за то, что дом держала. Но умом она никогда не блистала. Максимум её интеллекта — кастрюля борща для меня. Вот и вся наука.
Я встретилась с ним взглядом. Без возмущения. Без слёз.
Внутри стояла звенящая пустота. Такая бывает под утро в «Меридиане», часа в четыре, когда даже технички уже присели передохнуть, а охранник клюёт носом в своей каморке.
Я молча поднялась из-за стола, собрала тарелку, отнесла на кухню. Тщательно вымыла, насухо вытерла, аккуратно поставила на место. Затем прошла в спальню — переодеться.
На смену. Последнюю в «Меридиане». Потому что с понедельника я переходила в филиал на Заречной — уже в должности управляющей. Сергей Сергеевич сам привёз приказ в среду, когда я пришла его подписывать.
Олег об этом не имел ни малейшего представления.
Он не знал, что ночные дежурства для меня закончились. Что меня ждёт отдельный кабинет — небольшой, но с окном во внутренний двор. Что в сумке лежит новая визитка с надписью: «Управляющий филиалом. Оксана Петровна». И что в понедельник Сергей Сергеевич представит меня коллективу — семнадцать сотрудников.
Олег знал только одно: по пятницам его Оксана уходит «мыть полы». И каждый раз, когда за мной закрывалась дверь, он наливал приятелям ещё по рюмке и философствовал о том, что каждому своё место.
Я вышла из подъезда, села в автобус. Достала телефон и написала Сергею Сергеевичу: «В понедельник буду к девяти». Ответ пришёл почти сразу: «Жду».
И впервые за последние полгода у меня не дрожали пальцы.
Три недели пролетели незаметно. Я уходила из дома в восемь утра, возвращалась около семи вечера. Олег был уверен, что я по‑прежнему тружусь в «Меридиане» уборщицей. Я специально носила привычные чёрные брюки и серую рубашку — в филиале форма почти такая же, дресс-код никто не отменял.
Первый аванс — тридцать тысяч гривен — поступил на счёт. В тот же день я открыла отдельную карту и перевела деньги туда. Олег о ней ничего не знал.
В очередную пятницу он снова позвал друзей. Я предупредила, что задержусь — «на работе ЧП, приду позже». Он лишь отмахнулся:
— Иди, без тебя разберёмся.
И именно тогда произошло то, чего я никак не ожидала.
В четверг вечером позвонил Сергей Сергеевич.
— Оксана Петровна, завтра к нам в филиал приедет комиссия с завода «Красный металлист». Они арендуют у нас цоколь под склад и хотят продлить договор. Встретьте их лично, у меня не получится.
Я записала детали.
«Красный металлист» — это предприятие, где двадцать лет работал Олег. Инженером.
Я положила трубку и долго сидела за столом, глядя в окно. Потом набрала секретаря завода, уточнила состав делегации. Три фамилии. Среди них — Олег.
Я могла бы позвонить ему. Предупредить. За двадцать шесть лет я всегда всё объясняла заранее.
Но в этот раз — нет.
В пятницу в одиннадцать утра в холл вошли трое мужчин в деловых костюмах. Олег шёл между ними — выбритый, в галстуке, с папкой под мышкой. Я стояла у стойки ресепшена в жакете поверх серой рубашки, с бейджем: «Управляющий филиалом. Оксана Петровна».
Сначала он меня не заметил. Осмотрелся, шагнул вперёд.
— Добрый день. Мы к управляющей по вопросу аренды.
— Здравствуйте, — ответила я спокойно. — Управляющая перед вами.
Он поднял глаза.
И словно застыл.
Я увидела, как его лицо побледнело. Как медленно опустилась папка в руке. Его начальник, Дмитро Николаевич, переводил взгляд с него на меня, явно ничего не понимая.
— Оксана?.. — выдохнул Олег.
— Оксана Петровна, — ровно поправила я. — Прошу в переговорную, Дмитро Николаевич. У нас запланировано тридцать минут.
Я провела их в зал, разложила документы, открыла договор. Говорила чётко, без пауз: площадь, ставка, сроки, условия пролонгации. Олег сидел напротив, опустив глаза. За всё время он ни разу не посмотрел прямо на меня.
— Есть два спорных момента, — продолжила я. — Пункт 7.3. Ваш завод систематически задерживает оплату — в среднем на двенадцать дней. По договору это основание для начисления пени. За последние полгода сумма составила сорок одну тысячу гривен. Мы готовы её аннулировать при условии пересмотра ставки — плюс восемь процентов.
Дмитро Николаевич поморщился.
— Восемь — многовато.
— Семь, — спокойно сказала я. — Это окончательное предложение.
Он немного подумал.
— Согласен.
Я подала бумаги. Дмитро Николаевич подписал первым. Олег поставил подпись вторым — не поднимая головы. Его рука заметно подрагивала.
— Благодарю за сотрудничество. Вас проводить?
— Нет, — слишком быстро ответил он. — Мы сами найдём выход.
Дверь закрылась. Я осталась в переговорной одна и некоторое время смотрела на договор с новыми подписями.
В кабинете зазвонил телефон, и я уже догадывалась, кто сейчас услышит в трубке мой голос.